Григ нахмурился, и я мысленно проклял себя за то, что вспомнил о полёте. Друг всё ещё переживал, обвиняя себя после поступка Берты. Григу потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя, затем он защёлкнул вентиляционную систему под бластером.
— Я уверен, что всё рассчитал правильно, так что не будем терять времени и проведём испытание, — пробормотал он. Я отступил назад и оглядел комнату — через мгновение заметил высокую стену, со стеклянным окном и скользнул за неё. Лучше не пытаться спорить с Григом, когда у него такое выражение лица.
Болотный бес покрутил маленькое колёсико, соединявшее резервуар с бластером, и пустил в устройство пар маны. Когда всё заработало, он постучал по нескольким циферблатам, чтобы убедиться, что они правильно измеряют давление, а затем поднял бластер к плечу. Григ выпрямился и открыл огонь.
Из ствола вырвались яркие розовые вспышки энергии, которые пронеслись через всю комнату и врезались в стену из мешков с песком. Мишень покрылась вмятинами от ударов многочисленных попаданий. И тут я заметил, что бледно-зелёный выхлоп из-под ствола оружия вылетает прерывисто, а не течёт ровным потоком.
— Григ, Григ! Прекрати стрелять, приятель, он собирается… — моё предупреждение оборвалось, когда оружие взорвалось в руках друга, отправив его в полёт через всю комнату. Я подбежал к нему и с облегчением вздохнул, увидев, что Григ весь покрыт светящимися символами. По крайней мере, он не забыл о защите.
Григ только нахмурился: — Думаю, мне нужно ещё раз просмотреть расчёты расхода маны.
Глава 16
Я покинул лабораторию, пожелав Григу удачи в уборке после его эксперимента. Меня немного потряхивало при воспоминании о том, как он летел через всю комнату, когда оружие взорвалось. Но на беса это не произвело особого впечатления — мой друг жил ради таких вещей.
Хлопок взрыва пробудил Ангелину от дремоты, и она, высунув голову из нагрудного кармана, издала серию резких писков. Я вытащил её оттуда и осторожно посадил себе на плечо, не потревожив спящую Фиби.
— Да, я знаю, пора прекратить тянуть время и заняться чем-то по-настоящему неприятным, — вздохнув, повернул голову в сторону главного коридора Медвежьего дома. — Ты же знаешь, что это будет отстой, верно?
Ангелина надула щёки, а я только и смог, что покачать головой на её пренебрежение к моим чувствам.
— Ей легко критиковать, ведь не она должна это делать, — подумал я, размышляя о предстоящем задании. Но в конце концов взял себя в руки и решительно пошёл к кабинету профессора Хека. Этот человек был одним из самых нелюбимых мной людей в Академии, но понимание того, что он может помочь Дерпу, давало мне повод приложить максимум усилий для соблюдения вежливости.