— Что… что… чёрт! По телу поползло оцепенение, давление нарастало, невидимый лёд сковал движения. Ангелина издала обеспокоенный писк и начала бегать взад-вперед по моей голове. Лапки запутались в волосах, она опустилась к плечу и начала дёргать меня за мочку уха. Я едва замечал боль — сознание растворялось в холоде.
Гипнотизирующие малиновые глаза словно расширились, оживали звёзды, спрятанные в зрачках. Красные кольца налились кровью, и я запаниковал: казалось, что-то засасывает меня в этот взгляд, который крепко вцепился в сознание. Ангелина, Антонина, сам зал — всё исчезло. Я усилием воли заставил себя оторваться от взгляда дракона — собрал воедино все возможности своей магии и мысленно потянулся назад.
В душе зажглись якоря питомцев и возлюбленных. Я рванулся к ним, отчаянно пытаясь избежать засасывающего взгляда. Я не знал, что именно она пытается сделать, но не хотел в этом участвовать. Передо мной словно разверзлась бездна крови и тьмы — оставалось только кричать, когда она стремилась сожрать меня.
Внезапно откуда-то повеяло теплом. Ледяная глыба, образовавшаяся вокруг моих чувств, начала истончаться по мере его приближения. Грохот сотряс Академию, и внезапно моя ментальная тюрьма разлетелась на куски. Споткнувшись, упал на одно колено, цепляясь за трость, чтобы не рухнуть на пол. Окна в главном зале лопнули от громкого звука, который эхом прокатился по зданию.
— Ах, извините за небольшую задержку. Похоже, Маледикт Пурпурная немного опоздала на встречу, — заявил Директор, его голос прозвучал как всегда бесстрастно и глухо.
Глава 30
Фиолетовый четырёхкрылый дракон парил над крышами школы. От силы взмахов огромных крыльев воздух вокруг неё закручивался, будто сам ветер двигался по её воле. Имперский воздушный корабль двинулся ей навстречу — серебристые глаза сузились в ответ, послышалось зловещее гудение, и шипы на спине дракона вспыхнули искрами плазмы и молний. Заряд волной прошёл по её спине от одного шипа к другому вплоть до основания черепа.
Даже через закрытые веки я видел, как полыхнула яркая вспышка. Последовавший через мгновение взрыв сообщил о судьбе дирижабля. Над школой падал чёрный снег — Маледикт превратила корабль в пепел одним своим выдохом.
Дракон начала спускаться, её тело уменьшалось, изменилась форма: оно сжималось, принимая более человеческие очертания. Что-то было в том, как она держалась…
— Она позирует? — спросил себя. То, что она идеально вписалась в арку из битого стекла, удивило. Хотя тело Маледикт выглядело человеческим, но хвост, крылья и рога остались драконьи. Дым лентами стелился вокруг её наготы, и я сглотнул, вспомнив, насколько она прекрасна. Чешуя сбегала по ногам и доходила почти до плеча каждой руки. Интересно, почему человеческая форма Фиби намного… человечнее, чем у Маледикт?