— Отпусти меня, Иван! Я должен найти Берту! — запротестовал бес.

Антонина подняла руку и помахала пальцем перед глазами Грига, пытаясь привлечь его внимание. Она вздохнула, когда бес снова сосредоточился на ней: — Мы нашли Берту, и с ней всё в порядке. А вот двое других студентов-инженеров погибли. Ассистент профессора Рейнса ослеп, скорее всего, на всю жизнь.

Болотный бес упал с ящика на землю, закрыл лицо руками и зарыдал. Я тяжело вздохнул и положил руку на плечо друга, чтобы утешить его. Мы переглянулись с Антониной.

— Иван, ты можешь помочь Григу пойти со мной? Мне нужно кое-что показать вам, — тёмная эльфийка быстро поднялась и пошла вперёд, не дав никому возможности опомниться.

Несмотря на протесты, я подхватил друга на руки и начал пульсировать своей связью, призывая Трак. Ноздри фалдона раздувались, а хвост взволнованно взмахивал по мере приближения к нам. Она изогнула хвост над спиной, как скорпион и застонала. Я ещё никогда не видел, чтобы она была настолько взволнована.

Пристегнув Грига к седлу, чтобы он не упал, когда Трак начнёт двигаться, направил зверя к месту происшествия. Нетрудно было догадаться, где именно это произошло, поскольку тёмная эльфийка посылала оттуда в воздух ярко-фиолетовые вспышки.

Когда мы добрались, я остановился возле Грузика, открыв рот, совершенно ничего не понимая. Берта, обвитая магическими багровыми цепями, стояла на поляне, а закованная в броню Анна находилась позади неё и вливала свою магию в путы, сковывающие минотавра.

Григ вскрикнул, но, взглянув на болотного беса, я понял, что друг тоже вычислил предателя, но не мог поверить своей догадке.

В группе Анны появились раненые. Одному студенту Берта пропорола туловище — он лежал поодаль, обмотанный бинтами. Лилия оказывала помощь молодой женщине, стоявшей рядом.

Тёмная эльфийка выглядела очень серьезной, даже мрачной. Она выпрямилась, окинув взглядом собравшихся студентов.

— Условия, которые привели нас к аварийному приземлению на этом склоне горы, никогда не объяснялись механической неисправностью. Если даже не брать в расчет покушение на жизнь Ивана Стрельцова, ни один дирижабль никогда не страдал от такого количества обрывов якорей воздушных шаров, как наш. Благодаря учету, который ведут наши специалисты по техническому обслуживанию, мы знаем, что износ якоря составляет триста процентов.

Антонина сделала паузу, чтобы дать людям время обдумать информацию. — Если это недостаточно подозрительно, прибавьте то, что во время нашей первой остановки в лесу неподалеку от города нас ждал разбившийся дирижабль, перевозивший невероятно опасный вид животных.