Её уши прижались к голове, а хвост замер. Лилия не выглядела очень воодушевлённой моими словами. Она подняла руку, чтобы остановить меня, когда открыл рот, чтобы заговорить.

— Эссенция — сложная штука. Её хранение требует большой осторожности, и она очень хрупка. Некоторые существа проявляют свою сущность так, что её легче добыть, но сложнее с ней работать. Например, рог единорога — это проекция чистой сущности. Драконы несут свою сущность в крови, а также в дыхании. Из-за того, что её сложно собрать, цена на неё астрономическая. Только высокоуровневые существа, такие как Маледикт, гарантированно обладают истинной сущностью. В Тариле нет единорогов, о которых я знаю, а пытаться собрать слезы феникса было бы самоубийством даже для тебя. Она заметила моё замешательство и объяснила: — Огонь феникса священен, он прожжёт тебя насквозь…

— Может, можно попытаться выпросить у Маледикт немного её крови? — спросил я.

Губы Лилии скривились, и она издала слабое шипение: — Можешь, но это поставит тебя в положение должника дракона. И хотя я знаю, что она с нежностью относится к тебе, быть в долгу перед подобными существами опасно.

Я нахмурился и почесал основание своего левого рога. Ангелина пискнула на моём плече и похлопала по мочке уха. — Да, я знаю, Ангелина, это было бы легче, но это Дерп… Я не могу позволить малышу умереть.

Ангелина куснула меня за ухо и, потянув за мочку крошечной когтистой лапкой, испустила быстрый поток чириканий и щебетаний. — Ой! Я не говорил, что ты хочешь, чтобы он умер! Прекрати!

Сорвав разбушевавшуюся белку с плеча, поднял перед своим лицом и насмешливо посмотрел на неё. Лина подняла коготь, оттянула веко вниз и надула щёки. Лилия хихикнула, прикрываясь рукой. Зная, что ничего не смогу поделать с белкой, усадил Ангелину на стол и принялся осторожно чесать ей затылок.

— Погоди-ка, кровь Маледикт… Я моргнул и повернулся к Лилии: — Что произойдет, если обычное существо проглотит чужую сущность?

Профессор зельеварения издала звук, похожий на кряхтение, закрыла тяжёлый фолиант и отложила его в сторону, повернувшись лицом ко мне: — Если человек не способен справиться с энергией, он взорвётся. Ну, в зависимости от физической устойчивости, он может просто сгореть изнутри, пока не превратится в обугленные кости.

Лилия подозрительно прищурилась, но я поднял руки, отгоняя её вопросы: — Маледикт накормила меня своей кровью. Теперь это часть меня — так появилась маска, помнишь? Я до сих пор чувствую внутри себя энергию, которую едва могу разглядеть. Антонина сказала, что это моя физическая мана. Если я смогу объединить её с…