— Ладно, — хрипло сказала Ильга, отводя взгляд. — Пожалуй, это… впечатляет.

— Спасибо, — я склонил голову. — Ты покажешь свой фокус?

— Только если ты выйдешь со мной.

Она подняла руку, и из её ладони взмыло высокое, почти белое пламя.

Я шагнул рядом, позволив Тени медленно окутать нас обоих. Тепло и холод слились в странное равновесие, и я почувствовал, как она на миг прижимается ближе, чем нужно для демонстрации.

— Вот так, — произнесла Ильга тихо, — Искра и Тень могут сосуществовать.

Мы стояли в этом сиянии и мраке, пока зрители не взревели, подбадривая и насмехаясь одновременно. Но мне было всё равно. В тот миг я чувствовал только жар её ладони и холод собственной Тени.

И больше ничего не хотелось.

Я даже не успел сообразить, когда именно она взяла меня за руку. Это движение было почти небрежным — словно мы были старыми знакомыми, которые просто решили прогуляться в ночь.

— Пойдём, лунный мальчик, — сказала Ильга, склоняясь ко мне так близко, что я уловил запах её волос: дым, специи и что-то сладкое. — Если ты ещё не устал раздавать представления.

— Всё ещё надеешься меня смутить? — отозвался я, позволяя ей вести себя прочь от костра, от смеха и гомона.

— Думаю, что ты только делаешь вид, что всё это тебе безразлично. — Она оглянулась через плечо и чуть приподняла брови. — Но твои глаза выдают тебя с потрохами.

Мы свернули за угол казармы, где ещё тлели угли в глиняных чашах. Там никого не было. Только глухие каменные стены, запах прогретой каменной кладки и ровное биение сердца — моего или её, я уже не понял.

— Хочешь знать, зачем я тебя сюда притащила? — её голос стал мягче. — Можешь не спрашивать.

— А если я хочу спросить? — Я опёрся плечом о стену и скрестил руки на груди. — Может, я люблю ясность.

— Ты любишь прятаться за ясностью. Как будто это твой щит.

— У каждого он есть. — Я чуть наклонился к ней, чтобы не дать себе шанса передумать. — Ты прячешься за дерзостью.

— Возможно. — Она подняла голову и встретила мой взгляд так открыто, что у меня на миг пересохло во рту. — Но не сегодня.

Мы молчали, выжидая, кто первым сдастся. Как два противника на дуэли — только оружием теперь были не мечи и Тени, а всё то, что происходило между нами с первой встречи.

Она подняла руки и провела пальцами по вороту моей мантии. Я мог бы отстраниться. Мог бы сказать, что это глупость, что завтра мы снова будем рисковать жизнями. Но я не стал.

Вместо этого я поймал её ладони, чтобы не дать ей больше разыгрывать спектакль. Мы стояли так пару мгновений — ирония против упрямства, сталь против пламени — пока не стало ясно, что эта игра нас обоих больше не устраивает.