— Прошу, леди Циллия, — Обба взмахнул рукой, приглашая её говорить. — Но помните, что за клевету вы можете ответить жизнью.

Девушка резко обернулась в сторону отца. Я отметил, что она искла глазами Фиора и не увидела его — и тоже удивилась.

— Конечно.

Она открыла рот, готовая произнести первые слова, и в этот момент раздался грохот.

Стеклянные витражи за её спиной разлетелись в брызги света. В зал ворвался ревущий воздух и сияющие комки чистого Ноктиума.

Вспышка ослепила всех. Взрывы слились в хор, и в следующий миг зал Совета утонул в криках, грохоте и огне.

Из цветного стекла рвался ослепительно белый свет. Воздух сжался и разорвался на куски. Первая волна ударила в пол между трибуной и местами Пламенников — вспышка, как ярость полуденного солнца, и ударная волна, которая смяла людей, как соломинки.

— Барьеры! — рявкнул я, уже поднимая Тень.

Печати по карнизам ожили разом: рунные полосы потекли молочным светом, затягивая дыру за дырой. Слишком поздно для тех двоих из Весов — одного вывернуло на перила, второй обмяк у колонны с осколком стекла в шее.

Чиновник Занд Дейвор ушёл под стол, вытянул артефакт-жезл и на ощупь включил «гаситель пламени» — купол лёг на центральный проход, съел языки белого огня, но ненадолго. Ноктиумный огонь — не обычное пламя. Просто так его не собьёшь.

— В круг! Сюда! — коротко бросил Герцог. Варейн оказался рядом так, будто телепортировался: Артефактный щит раскрылся вполсилы, и Герцог заслонил им нескольких представителей сословия торговцев. Его Тень распласталась вокруг них, заслоняя от волны осколков.

Салине встала напротив меня, на ладони у неё вспыхнул тонкий «серп». Через мгновение он увеличился раз в сто, и Салине направила его на одно из окон.

— Защитная решётка. Но долго не продержится.

— Нужно уходить, — сказала Виррен.

— Живые ко мне! — заорал Химваль в сторону левого прохода. — Раненых под щит!

Секретари Совета тянули кого-то за рукав. Серые, сохранив невозмутимость, вызвали Теней, соединяя их одна с другой, чтобы создать коридор. Зелёные руки попытались оплести растениями одно из окон.

Я нашёл глазами Циллию: она стояла на колене у опрокинутой скамьи, прижимая к груди плащ. Жива и вроде не ранена. Рядом с ней был Альтен-старший, и в его движениях впервые за вечер появилась человеческая резкость: он прикрыл её собой.

Вторая вспышка ударила в галерею над входом. Балюстрада отлетела, как выломанный зуб, на головы людей полетела мраморная крошка. Кого-то прижало плитой.

Я бросился к Альтену. Циллия успела вызвать Блик, и фигуру девушки окутало сияние — она смогла поставить физическую защиту. Тень прикрывала меня сбоку, защищая от ударов. Но сейчас я ничего не замечал. Мне был нужен Альтен.