— А зачем ждать среды? — деланно удивился капитан. — У нас же было договорено, что в случае проблем, на Крит не идем, а сгружаем весь товар в тайник Дукакиса на том островке… Вот я лично, проблемы уже вижу, и решаю, что так мы и поступим! А сами пойдем в Стамбул, понятно?

— А вот теперь я готов выпить за твой гениальный план! — с широкой улыбкой ответил Костадису шурин.

Небольшой островок неподалеку от Крита, 29 сентября 1896, вторник

Отчего-то я был уверен, что контрабанду всегда сгружают ночью. Но, когда меня позвали на палубу, едва-едва перевалило за полдень.

— Помогай сгружать! — скомандовал мне старпом.

Пришлось мне вместе с полудюжиной палубных матросов извлекать из трюма ящики с оружием, грузить их на шлюпку и везти на какой-то островок. Как только боцману казалось, что мы заскучали, он тут же взбадривал нас, когда ревом, а когда и пудовым кулаком.

Когда все закончилось, шлюпку втянули обратно, а старпом шепотом пояснил мне:

— Блокада у острова очень плотная. Так что мы оружие в тайник перегрузили, его отсюда патриоты с Крита заберут,а сами идем в Стамбул. И тебя высадим там, понятно?

— Да уж понятно!

— Впрочем, если рвешься защищать свободу Крита, можешь прыгать за борт! — как будто пошутил он. — Наши патриоты добровольца всегда примут!

— Нет, уж, благодарю! — так же вроде бы шутливо ответил я.

Тут вдалеке раздался звук сирены.

— Черт! Сторожевик! — тут он повернулся ко мне, — Прыгай за борт, акулья требуха, если тебя тут поймают, нас всех троих повесят! Плыви на остров! — с этими словами он достал из кармана свой «Кольт» и угрожающе направил в мою сторону. — Ну? Живо! Я кому сказал⁈

Небольшой островок неподалеку от Крита, 29сентября 1896, вторник, вечер

Я оглянулся. С одной стороны, мои револьверы так и лежали в карманах куртки. Не то, чтобы это было очень удобно, но в другом месте их попросту сперли бы. Там же лежали и деньги, и моя старая, заветная золлингеновская бритва.

И перестрелять к чертовой матери я успел бы не только старпома, но и трех матросиков, что готовы были вмешаться. А дальше что? Что увидит досмотровая группа со сторожевика, поднявшаяся на корабль — залитую кровью палубу с кучей трупов? И меня с дымящимися револьверами в руках… Ну ладно, уже не дымящимся — до сторожевика еще далеко. Но это ничего не меняет. Я что, хочу, чтобы кроме тех обвинений, что уже повесили на меня в Нью-Йорке, получить еще и обвинение в пиратстве?

В общем, я прыгнул за борт и поплыл, прикрываясь, насколько можно, от сторожевика сначала бортом судна, а потом торчащими из воды скалами. Потом я тупо устал, и все никак не мог выбраться на скалистый берег. А когда выбрался, сторожевик уже удалялся куда-то в компании суденышка Костадиса.