— Давайте пройдемся по самому берегу, — предложил нашим.

Против ожидания никто возражать не стал. Пляжа тут, как такового нет, американцы к холодной воде не привычны. Чтобы подойти к урезу воды пришлось пересечь железнодорожный путь и автомобильную дорогу.

Сейчас прилив, так что вода плещется у самого берега. Отливы тут, кстати, сильные. Попробовал воду — да, это не наш север, градусов пятнадцать точно есть. Сегодня вообще настоящее лето. Улетал из Магадана — там всего плюс одиннадцать было, а тут солнышко жарит, почти плюс двадцать пять. И это притом, что Анкоридж, хоть и не намного, но северней Магадана. И, тем не менее, здесь намного теплей.

Короче, смотрю — наши граждане вперед ушли, водичка плещет, манит. Пока прилив вполне можно окунуться. Вот, когда отлив пойдет — будет опасно, может унести в море.

Короче, разделся по-быстрому, одежду аккуратно сложил на бережку, камешек поверх положил, чтобы порывом ветра не унесло и бултых с берега. Ах, хорошо, освежает. А чего? Вполне нормальная температура. Пожалуй, даже не пятнадцать, а немножко больше сейчас. Я уже полгода закаливанием занимаюсь. Сначала в теплой воде моюсь, потом холодную на всю мощь пускаю — стою под ней и ору. Прямо сразу бодрость такая, ух.

Покупался я минут пять и на берег. Смотрю, там уже с десяток зевак стоит с отвисшими челюстями. Ну, да, для них ведь невообразимо холодно. Помню, в той еще жизни довелось мне посмотреть на заплыв нью-йоркского клуба «Белый медведь».

Нет, я ж думал, что они как наши моржи. А теперь представите зрелище. Вода примерно, как сейчас — плюс пятнадцать, воздух — плюс двадцать. На берегу толпища человек в 200. Зевак раз в десять больше. Пяток телеканалов прислали свои съемочные группы — как же, такое событие.

И вот по команде вся эта толпа начинает орать и бежит в море. А оно там мелкое, там километр надо пройти, чтобы нормально окунуться, прямо как у нас в Азове или в Питере в Маркизовой луже. Ор стоит несусветный, с таким только в атаки ходить на пулеметы. Кончилось тем, что эти отчаянные люди забежали аж по щиколотку в воду и тут же развернулись, улепетывая на сушу. Что характерно,орали они на обратном пути ничуть не тише. Говорят, что самые храбрые окунулись даже почти до колен! Только представьте! Почти до колен!

Вот только американцы никак не могли понять, почему я ржу, как сумасшедший, обессилено опустившись на песочек. Тут такая храбрость, а этот смеется, опошливая великий подвиг. Наверное, сумасшедший какой-то.

В общем, вылез я на берег, ветровку накинул, под ней плавки отжал, да и быстренько оделся. Хорошо так освежился. Только собрался дальше идти, а мне сзади: