— А что же он не пугается? — ехидно выкрикнул пожилой мужчина в последнем ряду.

— А ему нечего терять уже, — развел я руками, — Вся надежда, что из-за рубежа его не выдадут нашим.

— И кто же это такой, как он попал в кабину? — продолжил допрос мужчина.

— Увы, захват произвел второй пилот, он угрожает убить командира, если тот откажется выполнять его требования. Остальные члены экипажа были им из кабины отосланы.

— Да давайте выбьем дверь в кабину! — поднялся со своего места жилистый парень.

— Товарищи, успокойтесь,- я опять повысил голос, пресекая неуместное предложение, — Выломать дверь быстро у нас не получится, а, скорее всего, вообще не выйдет. И есть риск, что тогда самолетом окажется некому будет управлять. Угонщик может убить или ранить командира, что будем делать тогда? Других пилотов у нас нет.

Парень сел на свое место. Уф, кажется, волну паники я сбил, но не исключено, она не последняя.

— Ой, смотрите, еще самолетики, — опять раздался неунывающий детский голосок.

Посмотрел, ну, вот, час от часу не легче, а вот и американцы появились, двойка F-15.

Истребитель F-15

— Это тоже наши, вон звезды, — сказал чей-то уверенный голос.

— Какие наши, балда, звезда белая, да еще и картинка на носу? Наши такую похабщину не малюют, — осадили его.

Ну, да, точно, на носовом обтекателе полуголая красотка в стиле pin-up изображена, изогнувшаяся в соблазнительной позе. В СССР такие картинки пока непривычны. Это в 2000-х они и у нас популярными станут. У меня даже такой календарь на стене висел.

* * *

В это время где-то на земле

— Товарищ полковник, время уходит! Через двадцать минут самолет пересечет нашу границу. Угонщик не реагирует на переговоры. Я считаю, нужно сбивать!

— Сбить? Без прямого приказа? Ты хоть понимаешь, что это будет? А отвечать сам будешь? Там полторы сотни пассажиров — женщины, дети, там наши граждане. Готов принять на совесть такую ответственность? Нет уж, майор, сношать будут меня, причем в любом случае. Без прямого приказа, я такого распоряжения не дам.

— А если он долетит до США? Там его встретят с оркестром, а мы будем отвечать за то, что дали уйти террористу! Это угроза государственной безопасности!

— Угроза — это когда нет приказа, — полковник выдавал слова, словно заколачивал гвозди — размеренно, по одному, — Я е стану брать на себя ответственность за уничтожение советского лайнера. Свяжись с командованием, требуй решение!

— Но штаб молчит!

— Понятно, что молчит. Они тоже не хотят брать на себя ответственность, — если лайнер уйдет, нас в лучшем случае уволят. А если мы его собьем, — полковник замолчал.