Император недоверчиво смотрит на меня. Ну да, версия слабенькая. Но ничего лучше я не смог придумать.

А на самом-то деле всё было иначе. Я специально рассказал Холоду в теле Валеры, что в универе появилось новое алхимическое оборудование. Так и думал, что он захочет сварганить новое зелье, и невзначай подкинул ему идею, где это сделать.

Зачёт он завалил, ага… Как же.

Бугороса я отправил следить. Тот запомнил рецепт и пересказал мне. Но отдавать его императору я не собираюсь.

Слишком могучее средство. Уж не знаю, как Холод до него додумался, но не стоит такой силе попадать в мир. Не стоит.

Склянку я действительно нашёл на теле. Только немного на другом. Опять же, императору об этом знать не обязательно.

— Не утаиваешь ли ты от меня чего? — щурится его величество.

— Нет.

— Помни, ты не можешь мне врать, — император щёлкает пальцами.

О-о, вот оно. Клятвенный конструкт заработал. Я это чувствую. Только вот сил в нём нет — я же всё выкачал. Поэтому могу безбоязненно врать владыке, а он даже этого не поймёт.

Поводок на месте, но ошейник совсем разболтался.

— Я говорю правду.

— Что ж. Тогда прими мою благодарность, — Пётр Романович осторожно убирает зелье в карман. — Что я могу сделать в ответ?

— Есть кое-что, ваше величество. Несколько вещей, честно говоря. Но я думаю, ничто из этого не затруднит вас.

В итоге всё стало вот как.

Я всё-таки начал создавать других антимагов для его величества. Но при условии, что обучать их буду я и только я. Так что для меня открыли академию антимагии, где я стал ректором. Студентов у меня немного, но работать с ними чрезвычайно интересно. Мы постоянно делаем ошеломительные открытия и изучаем новые грани антимагии.

Это стало новым искусством, а я — его основоположником.

Да, эта сила действительно многое изменила. И вся трясучка вокруг прав магов и ограничений через какое-то время улеглась. Император издал несколько мягких законов, которые немного ужесточили ответсвенность за использование магии в общественных местах, но на этом всё.

Можно даже сказать, что Холод посмертно добился своей цели. Магов не сильно ущемили в правах, а радикалисты с обеих сторон успокоились. Такое явление, как молодёжные группировки за или против магов, быстро сошло на нет.

Антона Кушнира освободили. Император, кажется, остался зол на него за обман, но всё же помиловал. Тем более что зелье у Петра Романовича таки появилось. Антон пошёл работать ко мне в академию.

Яне и её семье, как я и обещал, оказали помощь. Мать девушки вылечили, её младшие братья и сестрёнка бесплатно пошли учиться в элитную школу. Яна осталась мне благодарна, и даже впрямую предлагала встречаться, но я отказался.