— А знаешь… волосы я ведь и впрямь собирала, да. Чернющие, длиннющие, ну явно не с кота. Но особого внимания, знаешь, как-то не обратила. Да и что мне? В душу к твоему папеньке лезть, расспрашивать? Всё что мне надо знать, он мне и так говорил. Ты это… в лабораторию-то спускаться будешь?

И впрямь.

Только сейчас я понял, что специально оттягиваю момент. Привык к провалам и как будто бы теперь уверен, что ничего интересного внизу не найду.

— Спасибо, Роза Витальевна, — поблагодарил я соседку, приподнял «крышку» и по ещё одной лестнице спустился в настоящую лабораторию.

И вот это уже похоже на правду. Во-первых, помещение в два раза больше верхнего. Во-вторых, с характером и гораздо более обжитое. Вот уголок с чайником, например. Заварник, кружки и всяческие сладости на перекус.

Вот один рабочий стол, — на нём стоит ноутбук, — а вот второй. Второй явно для хобби. В отцовской комнате на стеллаже стоит целая коллекция кораблей в бутылках; здесь-то он их и собирал, получается. По столешнице разбросана куча деталек, краска, лак, кисти, пинцеты и прочее-прочее.

А в углу чудо-лаборатории стоит эмалированное ведро, и в него с сырого потолка капает водица. Ну а ещё бы? Над головой в считанных метрах течёт Трубеж. Кап. Кап. Поэтично-то как, а?

— И снова я оттягиваю, — сказал я сам себе и сел за рабочий стол.

Первым же делом открыл ноутбук и вполне ожидаемо нарвался на просьбу ввести пароль. День рождения отца, матери и мой собственный не сработали. Ни в цифровом формате, ни в текстовом. Попытка ввести в качестве пароля «Адмирал Колтун» показалась мне гениальной, но успеха не принесла.

Дальше даже пробовать не стал. Ведь вспоминая про «шанежки», вывод напрашивается сам собой — угадывать здесь бестолку. И остаётся только взломать.

— Брюллов, — пробубнил я себе под нос и захлопнул ноут.

Если понадобится, прикую Андрюху ногой к батарее и буду пичкать маной до тех пор, пока его менталистский мегамозг не найдёт решение. Хотя… есть ненулевой шанс, что у парня взыграет профессиональная гордость, и он сам в эту загадку зубами вцепится. А если ещё и на слабо взять?

— Ладно, — выдохнул я, встал и двинулся к шкафчикам.

Сперва открыл вертикальный и чуть было не вскрикнул от радости. На специальных подставках, прикрученных к стене, покоился он. «Сердце Атласа». Меч моего героического прадеда, которым тот рубил монстров во время прорыва Марокканской Аномалии в далёком 56-м.

Почему «Атлас»? В честь горной гряды, что протягивается через всё Марокко. Почему «Сердце»? Понятное дело, для пафоса.

— Ха! — не сдержался я от смешка, едва взяв его в руки.