Благородие знал про бизнес на навозе, а Григорьев оформил у Благородия ежемесячную подписку на сервис «молчание».

Так что технически, деньги графа были просто приятным бонусом. К тому же лезть в дело, за которое взялась Канцелярия — настоящее самоубийство. Но вот Дандевиль… Дандевиль — это совсем другое. Этот человек был активом. Кубышкой, в которой хранились деньги, и эту кубышку буквально только что разбили без разрешения Его Благородия.

А Татуированный тем временем хоть и татуированный, а на самом деле человек далеко не идейный. И бо́льшая часть отморозков в его подчинении такие же. Пока их финансируешь, всё хорошо, и они за тебя горой. Но если денежный ручеёк перекроется, то как бы Благородию самому не стало худо.

А пути назад уже нет. Август не за горами, и надо переть до конца.

— Слушай, не нравится мне всё это.

— А кому же нравится? — спросил Татуированный. — Таких деловых колбас, как этот Сирожа, никто не любит.

— Я серьёзно. Как бы у нас потом проблем в Переславле не возникло с этой «конторой». Как бы всё в последний момент не сорвалось.

— Так а в чём проблема-то, Благородие? У тебя есть проблема, у меня есть решение. Кажется, именно на этом наше сотрудничество и построено. Делов-то? Дай отмашку, да мы с ребятами поехали.

— А справитесь?

— Пф-ф-ф, — вместо ответа Татуированный закатил глаза.

— Не надо недооценивать, слышишь? Парень на Новой Земле учился.

— А я учился на улице, что тоже знаешь ли… К тому же нас много. Ну так что, Благородие? Хорош уже телиться! Убиваем?

А Благородие задумался. Не в его характере было сомневаться, однако сейчас… последнюю неделю в Переславле и так творилось чёрт те что. С одной стороны, убийство Каринского поднимет ещё больше шумихи. С другой, Каринский эту самую шумиху и наводил. В одного. С самого момента своего приезда в город.

Так что:

— Ладно, — кивнул Его Благородие. — Только сделай всё тихо…

* * *

Не удивлю, если скажу, что купальник у Рыжиковой был закрытый. Мало того что по фасону бабушкин, так ещё и в горошек. Но даже так… чёрт, как же хороша!

— Михаил Михайлович, ну и что вы смотрите на меня своим воловьим взглядом? — Успенская-Меренберг потрясла пустым бокалом. — Может, уже додумаетесь подлить девушкам шампанского? Или нам каждый раз придётся вас упрашивать?

— Голубушка, я всегда рад поухаживать за девушками. Но делать это было бы куда удобней, если бы я находился с девушками в одном и том же джакузи.

— Исключено! — возразила Варвара. — Мы не настолько близки! Плавайте там, в своём лягушатнике, а к нам не лезьте. Единственная компания, которую мы с Ксенией Константиновной и Тха Кай Бок здесь приемлем, так это компания собаченьки. Правда, собаченька? Шаба-а-а-аченька…