Поэтому я сказал дядьке, что рассматриваю госслужбу и всё на этом.

— Ну правильно, — одобрил Артём Денисович. — С титулом оно для тебя несложно будет.

И вот так, в формате досужей беседы, прошёл почти час. Вика, — так, оказывается, звали дядькину жену, — была представлена мне заново. При этом человек преобразился до неузнаваемости — чай предложила, улыбалась и Сиятельством называла. Ну прямо чудеса.

Посидели, короче говоря, поделились новостями, повспоминали, поржали над всяким. Под конец я рекомендовал дядьке ставить в своём будущем коттеджном посёлке двери с латунными замками, и уже было собрался уходить, как вдруг всплыла одна важная деталь.

— Ты заходи, если что, — сказал Апрелев, рассматривая дыру на месте дверной ручки. — А про Ромку тебе бы лучше узнать у людей поближе.

— Куда уж ближе-то, дядь?

— Так ведь, — задумался он. — А хотя… Ладно…

— Нет, не ладно, — настоял я. — Объясни.

— Как бы тебе так сказать? — дядька почесал в затылке. — Женщина у твоего отца была.

— О…

— Да-а-а-а, — неловко протянул Апрелев. — Кто и откуда даже не спрашивай, я не знаю. Я-то думал, что он только от меня её скрывает. Специально. Потому что сестра моя… ну ты понимаешь. Так вот я думал, что ему передо мной стыдно. Но судя по твоей реакции, смею предположить, что он её и от тебя прятал.

— Первый раз слышу. Расскажи, пожалуйста.

— Да не о чем особо рассказывать, Серёж. Зашёл как-то раз по делам, увидел мельком, говорю: «здрасьте», а батя твой её увёл сразу же куда-то. Не представил. Ну, думаю… может специально-обученная? Для здоровьица, так сказать. А потом ещё пару раз её заставал у вас дома.

— И всё?

— И всё.

«Ищите женщину», значит. Всё по классике.

— А как выглядела?

— Хорошая, — со знанием дела ответил Апрелев. — На вид такая прям… роковуха. Кармен. Чёрные волосы, чёрные глаза.

— А кожа? — уточнил я. — Кожа, случайно, не чёрная?

— Нет.

— Жаль…

Искать в Переславле негритянку было бы значительно проще. А так я даже не представляю с чего начать. Поискать по дому волосы? На ДНК-тест послать? Нет, это бред.

Но есть в этом и позитивный момент. Раз Роман Сергеевич так тщательно скрывал свою новую пассию, значит вот она-то точно должна что-то знать. К тому же, кто сказал, что это именно пассия? Может быть, коллега-артефакторша?

Что ж…

— Спасибо, дядь, — сказал я и с перебором озадаченный покинул дом Апрелевых.

На автомате миновал половину города, — решил пешком прогуляться, — и пришёл в себя лишь в ремонтной мастерской, куда сдавал свои часы и Слезу Кармы.

— Спасибо, — я рассчитался с мастером и направился оттуда прямиком в офис.