— Руби упряжь! — заорал Терехов, и сам первым бросился к запутавшейся рептилии.

Вдвоем с Кейном они кое — как успели разрубить тянущиеся к оглоблям ремни прежде, чем ящер ухнул в воду. Орудуя остриями мечей, как стрекалами, они попытались подбодрить оставшихся троих, или хотя бы заставить их тянуть в одну сторону. Повозка на время стабилизировалась, но вытащить ее обратно на тропу у нас явно не хватало силенок.

— Мы не удержим!! — прохрипел покрасневший от натуги Берс.

Кейн, ругаясь, как сапожник, в бессильной ярости наблюдал, как повозка соскальзывает все дальше за край. Потом заскочил на нее и начал возиться с замками на правом боку — там виднелся откидной люк размером с межкомнатную дверь.

— Эй, ты! — заметил он меня. — Ко мне, быстро! Помоги достать груз!

Док и Стинг уже тоже подбежали к нам и растерянно вертели головами, не зная, чем помочь. Даня, Терехов и Берс уцепились за колеса в передней части повозки, и места рядом с ними почти не было — деревянный катафалк уже больше чем наполовину соскользнул вниз. Ката тянула за оглоблю, но толку от этого было мало. А к ящерам лучше было и вовсе не приближаться — раззадоренные уколами мечей, они еще больше разозлились.

— Только быстрее, мать вашу, мы так долго не протянем! — прогудел из — под своего шлема Данила.

Мы помогли Кейну вскрыть замки и потянули за крышку люка. Она откинулась вниз, как лепесток у цветка, образовав что — то вроде трапа. Первое, что бросилось в глаза — мягкая бархатная обивка и сочившийся изнутри повозки свет. Стинг, расталкивая всех, первым заглянул внутрь — так уж его разбирало любопытство.

И обернулся на нас с округлившимся глазами и глуповатой ухмылкой на лице.

* * *

— Так, перекличка, — Кейн достал из инвентаря какой — то список. — Эй, коротышка! Ну — ка, руки от груза убрал!

Стинг обиженно покосился на него.

— Я сказал — руки! И вообще отойди на три шага… И еще на три!

Лучник нехотя отошел подальше, прислонился спиной к полуразрушенной стене из светлого камня. Мы расположились на краю руин Алабара, в том, что осталось от небольшой цилиндрической башни. Вход сюда был только один, кладка уцелела до уровня второго этажа, но дальше шли лишь неровные края обвалившихся стен и прогнившие доски межэтажных перекрытий. Наверх вела каменная винтовая лестница, но ступени у нее тоже были изрядно потрепаны, и кое — где обвалились так, что для прохода оставалась лишь узкая полоса у самой стены.

— Так, по списку… Элинель. Тара. Калинда. Зарина. Саида. Зухра. Фатима. Лейла…

Он называл имена и вскидывал взгляд, отыскивая очередную девицу. Мы же тем временем пялились на наш «груз», не отрываясь. Ибо положить глаз тут было на кого. Да чего уж там — на каждую из них я бы не только глаз положил, но и сам бы лег.