— Пей, я не хочу пока, — покачал головой тот. — Странное местечко, тебе не кажется?

— Кажется, — кивнула Берта. — Словно для нас приготовлено. И слишком всё гладко, вот что мне ещё кажется. Эрл, аппаратура, транспортник, натурализация, содействие… всё просто один к одному, да еще и Эри со своей безмятежностью и словами о том, что картинка складывается. Ит, вот скажи мне, родной, у нас подобные картинки так легко раньше хоть раз складывались? Ты сам в подобное веришь?

Ит отрицательно покачал головой.

— Нет, не складывались, конечно. Это неестественно, согласен. Но тут… как бы объяснить… это не мы идем, это нас ведут. Мне знакомо это ощущение. Мы не совсем в реальности, малыш, прости, так уж получилось. Мы всё ещё во фрактале. Судя по тому, что я вижу, мы сейчас соблюдаем его законы, и просто движемся по расчетной траектории. Трудности, подозреваю, начнутся тогда, когда мы из него выйдем.

Берта задумалась, что-то прикидывая про себя.

— А когда, как ты думаешь, это закончится? — спросила она, наконец.

— Думаю, когда мы достанем капсулы с телами, — Ит вздохнул. — Построила этот фрактал Эри. Найти их — её цель, её итог. Она сейчас, как по мне, не совсем человек даже… ты просто не видела её до этого всего. А мы видели. Я не могу объяснить, у меня плохо получается, — признался он. — Понимаешь, она как бы… вовне… это реальность и нереальность одновременно.

— А какой она была? — с интересом спросила Берта.

— Это была несчастная женщина около шестидесяти, со сбитой программой геронто, которую повесили на неё эти два идиота, смертельно больная, забитая, робкая, и перепуганная, — объяснил Ит. — Она рассказывала тебе о том, что сделала, когда встретила нас?

— В общих чертах. Сказала, что решила покончить с собой, — ответила Берта.

— Она сунула голову в духовку! Решила… она не решила, она это сделала, и ей просто повезло, что мы вовремя вернулись домой и успели её откачать, — Ит с досадой поморщился. — То, что ты видишь сейчас — это вообще, как я понимаю, проекция Берега. Малыш, правда, ну очень странно всё. Более чем странно.

— Думаешь, когда последняя итерация будет пройдена, она снова станет такой, какой была до вашей с ней встречи? — с тревогой спросила Берта. Ит отрицательно покачал головой.

— Нет, конечно. Не станет. Но что-то в ней изменится определенно.

— А Саб?

— Это вообще… — Ит задумался. — Ты заметила, что он похож слегка одновременно на Кира, Фэба, и при этом имеет какие-то свои черты? Но ведь похож, и еще как похож! Зря Кир с ним так… Не нужно было этого делать. Понимаешь, эти двое, они настолько необычны, что мы оба растерялись, когда их встретили. Саб — поначалу агрессивный, страшно жестокий, как нам показалось — позже проявил себя настолько необычно, что я его побаиваюсь до сих пор. Он словно присягнул нам на верность, при этом признавая за нами какие-то права, даже нам неведомые.