Не менее трех человек. А может, и больше.
Я крепче сжал рукоять револьвера, ощущая, как по спине медленно ползет капля холодного пота. Они шли прямо к нам.
Секунду спустя сквозь ледяную корку напряжения пробилась догадка. Простая, логичная и оттого еще более тревожная. Это не культисты. Слишком выверенный шаг, слишком слаженный ритм. Это «Щит».
И эта мысль несла с собой не облегчение, а новый, едкий привкус страха. Свои. Но в этой темноте, в этом лабиринте, где каждый шорох — угроза, «свои» вполне могли сперва выстрелить, а потом уже разбираться, в кого попали. Особенно если учесть, что рядом со мной стоит существо, чьи остроконечные уши в лунном свете слишком легко спутать с чем-то нечеловеческим и враждебным.
Нужно было дать знак. Быстро.
Пальцы, плохо слушавшиеся от холода и напряжения, заметались по экрану смартфона. Я нашел нужный контакт, набрал короткую, рубленую фразу.
«Я у пакгауза в трех метрах от вас. Не стреляйте».
Отправил. И почти сразу же, из той стороны, откуда приближались шаги, донесся едва слышный жужжащий звук. Вибрация телефона. Они получили.
Прошла еще минута, показавшаяся вечностью. И вдруг в неподвижном воздухе промзоны, где единственной музыкой были скрип ржавого железа и вой ветра, раздался звук. Короткий, мягкий, почти бархатный. Уханье совы.
Я медленно повернул голову к Нандору, одними губами, беззвучно, вылепив три слова:
«Что за херня?»
Эльф лишь пожал плечами, его лицо оставалось непроницаемым. Затем, к моему полному изумлению, он едва заметно кивнул, словно это было в порядке вещей, приложил ладони ко рту и издал в ответ точно такой же идеально скопированный звук.
«Что ты творишь, еб твою⁈» — снова прошептал я, чувствуя, как абсурдность ситуации начинает граничить с безумием.
Нандор снова пожал плечами, будто объяснял мне прописную истину.
Какие, к черту, совы? В этой пустыне из бетона и ржавчины? Где вы тут видели хотя бы одну живую птицу, кроме облезлых ворон? Шпийоны хреновы. Я бы с вами в разведку ни в жизнь не пошел. Детский сад, а не спецотряд.
Шаги приблизились, остановились где-то совсем рядом, в непроглядной темени за углом.
— Добрый вечер, господа, — голос раздался из темноты впереди. Не громкий, но плотный, он словно заполнил собой пространство, резонируя от стен в пустом окружении. — Кажется, мы друг друга не видим, но очень хорошо осознаем присутствие.
Я узнал этот спокойный, чуть глуховатый баритон. Узнал мгновенно. Я слышал его по телефону уже множество раз, но ни разу не сталкивался в реальной жизни. Это говорил человек, подписанный в моем телефоне одним простым, исчерпывающим словом.