Мозг отказывался строить логические цепочки. Сознание путалось, проваливаясь в вязкую дрему.

Ладно, утро вечера мудренее. Я поднялся через силу, быстро принял душ и улегся обратно.

— Молодой господин… Виктор Андреевич…

Голос пробивался сквозь сон как сквозь толщу воды. Кто-то настойчиво, но деликатно тряс меня за здоровое плечо.

Я с трудом разлепил один глаз. В комнате было светло, шторы уже раздвинуты, и в окно бил яркий солнечный луч, в котором танцевали пылинки.

Надо мной склонился Григорий Палыч. Вид у него был безупречный, как и всегда.

— Просыпайтесь, сударь. Уже девять утра.

Я застонал, накрываясь подушкой с головой.

— Палыч, имей совесть. Я лег в половине второго, если не в два часа ночи.

— Режим есть режим, — неумолимо произнес дворецкий, стягивая с меня одеяло. — Андрей Иванович уже встал и интересуется, когда вы соизволите присоединиться к нему.

Я сел на кровати, протирая лицо ладонями. Тело казалось деревянным, но, к моему удивлению, голова была ясной.

— А ему без меня что, кусок поперек горла встал, или чего? — спросил я. Но дворецкий проигнорировал колкость.

— Что будете на завтрак? — спросил Григорий, расправляя брошенную мной вчера одежду.

— Кофе, — хрипло отозвался я. — Тост с маслом иодно яйцо всмятку. Больше ничего не влезет.

— Сию минуту, — кивнул он и удалился.

Я спустил ноги на пол, потянулся до хруста в позвоночнике.

Вставать не хотелось, но привычка — вторая натура. Тело требовало движения. Как бы я ни устал, а форму надо держать. В моем прошлом мире я видел слишком много людей, которые к сорока годам превращались в развалины просто потому что ленились делать элементарную зарядку., а мне в этом теле еще жить и жить.

Накинув спортивные штаны и футболку, я вышел во внутренний двор. Воздух был свежим, прохладным, и приятно наполнял легкие.

Я начал с простых вращений головой, разминая шею, затем плечи. Левое плечо отозвалось лишь легким натяжением кожи, что очень странно, потому что боли я практически не чувствовал. Надо будет не забыть вытянуть леску.

Я осторожно сделал мах рукой по полной амплитуде и снова удивился.

— Чудеса, да и только, — пробормотал я.

Приседания, наклоны, пара десятков отжиманий от скамейки. Кровь побежала быстрее, вымывая остатки сна. Мышцы налились приятной тяжестью. Я чувствовал себя живым, сильным, готовым если не горы свернуть, то хотя бы пережить этот день.

Вернувшись в дом, я принял контрастный душ, с наслаждением смывая пот.

Осмотрел рану в зеркале. Швы, которые я накладывал рыболовной леской, выглядели так, будто им уже недели две. Тонкая розовая полоска, почти незаметная. Фантастика. Нужно будет потом изучить этот феномен подробнее, но сначала…