— Хорошо, — сжал его плечо. — Найди Шелли и Риту до того, как все начнется. Скажи им, что все закончится быстрее, чем они успеют произнести слово «папочка».

— И целься получше приятель, не забывай, чему ты вчера учился, — мы вышли из моего номера, Сет накинул капюшон и растворился в полумраке коридора, как будто он никакой не алхимик, а профессиональный ниндзя.

Низкий барабанный бой раздался внизу, на боевой арене. Она уходила под землю вместе с со зрительскими трибунами и балконами.

Я уже знал, что ритмичные удары в барабан — это сигнал к началу поединка, поэтому спустился с верхнего этажа, где находились покои для Ашеров, в просторный холл, на который мы едва взглянули, когда пришли сюда ночью.

С портретами знаменитых Ашеров, чучелами животных и рогами жуков-оленей на стенах, он был похож на охотничий домик.

За массивными деревянными дверьми находились ступени, которые вели вниз, на главную боевую арену. Мне пришлось навалиться на них всем весом, чтобы открыть.

Любопытные зеваки только начинали просачиваться на трибуны, но один зритель, самый важный, уже сидел и выделялся среди всех остальных.

Байрон Рамзи, лорд острова Сканно, уже сидел на своем почетном месте в первом ряду трибун. Его ложа была огорожена и накрыта козырьком. Рядом с ним, справа, сидела его красавица-жена Фиби, а с другой стороны устроился посол Кларк.

Когда я занял свое место в центре ринга, мы встретились взглядами. Его глаза с бронзовым отливом сверкнули, он торжественно качнул головой.

Кивнул ему в ответ.

Повелитель прижал кулак к сердцу и два раза стукнул в жесте, который, как я уже понял, был знаком уважения на острове. Тоже сжал правую руку, которая совсем потеряла чувствительность, в кулак и приложил его к груди в ответном жесте. Да, Байрон — один из немногих людей на всем архипелаге, который заслуживает искреннего уважения.

Барабанный бой прекратился, звук ога известил собравшихся о том, что вот-вот произойдет главное событие, ради которого все сюда пришли.

— Блять! — тихо шикнул, потому что под манжетой, которую надел на меня Кристофер, чувствовалось неприятное покалывание. Попробовал покрутить ее, чтобы снизить боль, но замер, когда отодвинул ремешок и увидел свою метку.

Клеймо, которое до этого было красным, почернело, покрылось коростой и начало гноиться.

— Вот дерьмо! — вздохнул тяжко, только этого мне и не хватало.

Тяжелая дверь, ведущая на арену, начала открываться, и публика притихла.

Высокая фигур Дастина Лонга заполнила почти весь дверной проем, он еще не вошел на арену, но уже заполнил собой все пространство, она начала казаться меньше. Стоя на своем месте, задавался вопросом, придется ли ему наклониться, чтобы пройти под зрительскими балконами на первом уровне, но прежде чем я успел сделать ставки в своей голове, здоровяк двинулся вперед.