— А значит, у него в городе ещё дела… — решил я.
— Плохо, — вздохнул Кабан. — Надо того-самое… Поостеречься и по шалманам никаким не шляться.
Догада подбоченилась.
— А иначе бы шлялся?
— Я ж не про себя! — постучал деревенский увалень костяшкой пальца по виску. — Я за товарищей беспокоюсь! Понимать надо!
— Никаких шалманов! — ухмыльнулся Вьюн и предложил здоровяку: — Ты с квартальным надзирателем о босяках поговори. Глядишь, получится концы найти.
— Лишним не будет, — решил я. — Их пятеро изначально было. Может, хоть парочку отколовшихся найти получится.
Позавтракал, пошёл на приём к Дане, оттуда двинулся в университет в гордом одиночестве, поскольку Дарьян повёл на работу Мару, а у остальных занятий сегодня не было. Студенты так и продолжали обсуждать недавнюю выходку сектантов — пока под руководством Гродана вникал в математические премудрости, каких только трактовок случившегося не выслушал. Сходились все лишь в одном: если в таком духе продолжится и дальше, епископу Ясному придётся уйти, не дожидаясь небесного прилива.
— Пора бы уже, — почесал затылок Борич, перехватил наши взгляды и пояснил: — Да я не об отставке! Небесному приливу, говорю, давно пора случиться!
Звонимир пожал плечами.
— Бывало, и по году без них обходилось. Раз на раз не приходится.
— Всё против епископа! — усмехнулся Гродан.
Борич фыркнул.
— Да чего против него-то? Духи приблудные? Приезжие из внутренних земель говорят, у них это дело обычное. И никто за их отлов там не платит, потому как бесполезно. Все своими силами справляются.
— Так это во внутренних землях, а не в нашем захолустье! Смекаешь?
Я в спор студентов не вмешивался и решал задачки — едва из ушей дым не повалил, но ответы сошлись, что немало порадовало.
Хоть что-то порадовало, чёрт меня дери!
Аспект сместился, апогея лишился, ещё и асессор на нашу братию зуб точит!
Да — жив и здоров, азимут лучше прежнего стал и все три аргумента сразу после преломления подвязать смогу, но всё это лишь ложка мёда в огроменной бочке дёгтя. И обливать меня им, дабы вывалять в перьях, никто не станет — утопят, и вся недолга.
Вот с такими невесёлыми раздумьями я и заявился в общественную баню, где наша братия сняла отдельный зал с парными и бассейном.
— Зацени, Серый! — похвалился Вьюн. — Мы заморский светлый эль из Южноморска выписали!
— Два бочонка! — с важным видом подтвердил обернувшийся простынёй Кабан.
— И один уже выпили? — усмехнулся я.
— Обижаешь! Только начали.
Мне тут же налили кружку, я надолго приник к ней, затем перевёл дух и заявил:
— Пойдёт!
— Пойдёт? — возмутился Кочан. — Да отличное же пиво! Не хуже, чем в Тегосе!