— Ну если вы так смотрите на это…
— А как иначе на это можно посмотреть?
На меня повеяло липкой жгучей тьмой, но я перестал пялиться на носки своих сапог и уставился в глаза собеседнику.
— А что ещё оставалось Чарославу? Он увидел шанс и воспользовался им.
— Шанс⁈ Да он и не надеялся даже выправить аспект! Им просто повезло!
— Не выправил бы, и что с того? Брак-то уже не расторгнуть, на какой-нибудь дальней родственнице ради правильного потомства не женить. Вместо прозябания на третьих ролях заполучить в тести епископа, которому прочат большое будущее — плохо разве?
— Чарослав поставил свои интересы выше интересов рода!
— И в чём здесь глупость?
Ночесвет откинулся на спинку сиденья и вроде бы самую малость расслабился.
— Не глупость, но юношеские амбициозность и эгоизм? — Он позволил себе намёк на улыбку. — Да, трудник, можно взглянуть на случившееся и подобным образом.
— Победителей не судят.
— Умолкни!
И вновь вместо вспышки раздражения я испытал одну лишь глухую неприязнь, а потом самобеглая коляска остановилась, за окном — крыльцо представительства школы Пылающего чертополоха.
— С вашего позволения откланяюсь, — сказал я и незамедлительно выбрался наружу.
Тотчас распахнулась дверь представительства, и к экипажу прошествовала Лилия, лицо которой скрывала вуаль модной шляпки. Сопровождали боярыню Раска и уже знакомый мне аспирант с радужками бледно-розового оттенка.
Не остановились, не обменялись ни взглядом, ни словом, разошлись.
Я с облегчением перевёл дух и поспешил к чёрному ходу. Не терпелось узнать, чем именно обернулось для меня избавление от наполнения апогея — пусть монахи и решили, будто лишился крайнего колена атрибута, но нет, нет и нет!
Точно нет!
Глава 3
17–67
В представительстве школы я вопреки заведённым порядкам раздеваться и ложиться на хирургический стол не стал и вместо этого попросил Дану устроить приём у её деда.
— Сто целковых — помню! — сказал, доставая чековую книжку.
Ночемир закатил глаза.
— Ну теперь-то что с тобой не так, брат Серый⁈
— А сам не видишь разве? — прищурилась его невеста. — У него в аспекте один сплошной фиолет, ни черноты не осталось, ни пурпура!
Аспирант присвистнул.
— И впрямь! — Он покачал головой. — Только не говори, будто снова ведьма помогла!
Так оно в какой-то мере и было, но я сознаваться в этом не пожелал.
— Сам справился, и есть некоторые шансы, что напортачил.
— Шансы? — хохотнул Ночемир. — Да точно ведь напортачил! Всенепременно!
— Ну жив же пока! — огрызнулся я.
Дана тяжело вздохнула.
— Что именно ты сделал, Серый?
— Избавился от проклятия. Азимут теперь вроде как лучше не придумаешь.