Вырвались мы из захвата сразу, так что им придётся нас опять догонять. «Хорнеты» пока не были видны.

— Первая пара за нами, — громко подсказывал Николай.

Сейчас американцы пойдут выполнять «вилку». Растянутся по фронту на 3–4 километра и будут нас ловить. Но одна из пар начала первой работать этим манёвром.

Навстречу нёсся одиночный «Хорнет». Не собирается он сворачивать или как-то маневрировать. Самая настоящая «вилка» будет сейчас.

— Давай в захват его. Напугаем.

— Он тут не для перехвата. Это обманка! — сказал я.

Перекладываю самолёт влево и ухожу вниз, начиная пикировать. И не прогадал.

— Зачем? А, понял, — признал мою правоту Коля.

Я спикировал вниз, а слева уже наводился в заднюю полусферу второй «Хорнет». Он не успел переложиться и проследовать за нами.

Излюбленная «вилка» американцев — направить свой самолёт навстречу противнику с таким расчётом, чтобы, пролетев мимо него на минимальном интервале, опознать и сообщить ведомому. В это время второй истребитель разворачивается и караулит противника сбоку или ещё в какой «слепой» зоне.

Напарника атакующего я не видел, а значит, нужно было маневрировать по высоте.

— Манёвр влево! — подсказывал Коля, заметив приближение другой пары Ф/А-18 справа.

Вправо надо уходить, балбес! Послушай я сейчас Морозова, и нарвались бы мы на «сэндвич». Это ещё один элемент тактики американцев.

Вторая пара разделилась и готовилась зажать нас с двух сторон. Один из «Хорнетов» уже начал выходить навстречу, но очередной переворот и манёвр по высоте снова не дал сомкнуться этому «бутерброду».

Вечно снижаться мы не могли. Переводя самолёт в набор, мы каждый раз теряем скорость. Формула Покрышкина «высота-скорость-манёвр» и над Средиземным морем актуальна.

Сирена постоянно включалась. Через три минуты столь интенсивных манёвров, Морозов с трудом уже говорил.

— Слева! Теперь справа. А теперь слева и сзади, — контролировал он положение противника.

Чтобы избежать поражения, уже недостаточно только предотвратить выход истребителя противника в заднюю полусферу нашего самолёта. Область атак «Хорнетов» с новыми ракетами значительно больше, нежели Ф-14.

Очередное отвесное пикирование, и вывожу в двух километрах от водной поверхности. Выравниваю самолёт. Кажется, что я сбросил неприятеля, но ненадолго. Слева уже виден нос другого Ф/А-18.

— Уходим под него, — проговорил я и рванул вниз.

«Нырнул» под оппонента. Неожиданным был такой манёвр для него. В зеркало можно было увидеть, как он корячится в надежде догнать меня, выполнив переворот. Такое ощущение, что он сильно разболтал самолёт, пытаясь выполнить ответный манёвр.