Что тут ей скажешь, когда она такая серьёзная. Моя Женечка очень красноречива была в своей речи сейчас.

— Так точно, мой генерал, — кивнул я, и взял её за руку, чтобы притянуть к себе. — Иди ко мне, и успокойся.

— У тебя же есть возможность встретиться с тем доктором или учёным, верно? — спросила Женя, присаживаясь мне на колени.

— Для этого надо ехать в Москву и попытаться с ним встретиться. Я, как бы, сейчас учусь ещё.

— Значит, так. В следующий отпуск мы едем с тобой в Москву, чтобы найти этого Гадова, — сказала Женечка решительным тоном.

— Платова, дорогая моя. Пла-то-ва. Степаном Степановичем звать. Где-то в академии наук…

— Так это же прекрасно! Папа мой собирается на конференцию именно туда. Я могу поехать с ним, а ты уже с нами…

— Женя, кто ж меня отпустит?

— Как кто? Конференция по истории, а ты у нас в ней разбираешься на уровне преподавателей вашей кафедры Марксизма-Ленинизма.

Идея, конечно, хорошая. Только не проще было бы дождаться отпуска и тогда поехать без всяких уговоров и разного рода махинаций. На моё удивление, но Константину Юрьевичу без проблем удалось выбить для меня эту командировку.

— Стальнов помог. Постоянно с ним контактируем по разного рода семинарам и встречам. Очень энергичный человек. Готов организовывать встречи хоть каждую неделю, — распинался передо мной Горшков-старший, когда мы уже летели в пассажирском Ту-134.

Интересно, знает ли он, что полковник Стальнов имеет скрытый интерес в подобных мероприятиях. Любит он застолья в учительских, в то время, когда проходят основные действия у курсантов и студентов.

Аэропорт «Внуково» встретил нас большим количеством самолётов и долгим рулением к пассажирским перронам.

При выходе из самолёта, я обратил внимание на бортовой номер — СССР-65816. Пройдёт несколько месяцев и в небе над Дзержинском произойдёт одна из крупнейших авиакатастроф за всю историю авиации.

Из-за ошибки диспетчеров столкнуться два самолёта. Погибнет 178 человек. О судьбе специалистов по управлению воздушным движением я уже и не припомню. Почему-то мне вспомнился именно этот бортовой номер.

В своё время, когда Белогорское стало выпускать именно офицеров боевого управления, а я был переведён из лётного училища, мы разбирали каждый подобный случай, чтобы не совершать столь чудовищных ошибок. Ведь после такого инцидента, ты не сможешь спать и нормально жить, зная, к чему привела твоя ошибка.

Что ещё было примечательно в этой авиакатастрофе, так это то, что она получила большой общественный резонанс. И всё из-за гибели футбольной команды «Пахтакор», которая была в том сезоне на хорошем ходу.