Марик взял паузу, подошёл к Менделю и начал с ним шептаться.

— Барсов, какие у тебя проблемы? — спросил у него Валера.

— Никаких. Я на свободную кровать лягу. Нас всё равно неполным составом заселили, — пробубнил недовольно Марик.

Валера хотел что-то сказать, но я подмигнул ему, что не стоит. Гаврюк давно заметил между мной и Барсовым неприязнь. Не есть хорошо, когда в одном звене такие отношения.

— Чего? Куда? Кому, братцы? — протараторил Гусько, войдя в нашу комнату.

— Раскладываемся Савелич, — ответил ему Валера. — Ты уже сходил к техникам?

— А то! — прошёл к столу замполит с солдатским вещмешком. — Это на день, — выставил он на стол бутылку «Столичной». — Это на вечер, — поставил он под стол пятилитровую канистру.

— А наутро? — поинтересовался Мендель.

— О, точно! — сказал Гусько и вытащил из запазухи флягу. — Чтоб голова не болела.Подготовились, мужики! Сомневаюсь, что всё это будет осилено за сутки, но вечерком бутылочку однозначно оприходуют.

Через час к нам зашёл и Томин, проверяя, как все устроились и разместились. С ним была и спевшаяся парочка Горонян и Бажанян. Тыловик везде ходил с блокнотом, записывая предложения и жалобы, чтобы оперативно их решать.

— Баня нужна, командир, — предложил Гусько. — Полк с бани начинается.

— Я, вот вам, как себе говорю, столько раз предлагал, а не строят, — разводил руками Горонян.

— Командир, брат врать не будет. Так что баню надо строить, — поддерживал земляка Бажанян.

— Надо зама по ИАС напрягать. Скоро жара попрёт, и без баньки умрём, — сделал вывод Томин и вся делегация вышла в коридор.

— Я тебе клянусь командир, дам инструменты, дерево. Котёл бы сделать, печку выложить, да некому. У всех руки оттуда, где почесать, я люблю обычно, — говорил Горонян Томину, когда они выходили в кабинет.

— Ай, брат, есть у нас с руками из нужного места, своей мамой клянусь! — успокаивал его Бажанян.

Вот уже намечаются подсобные работы! Не знаю, насколько это коснётся нас, молодой лётный состав, но то, что техники попали на стройку, это точно.

В следующие несколько дней мы начали входить в режим боевой работы. Никто времени на раскачку не давал. Всем предполагалось слетать по паре полётов с инструктором по окрестностям и дальше уже начать работать по предназначению.

Эти самые задачи по предназначению довёл до нас Буянов на первой постановке задач перед ознакомительными полётами.

— Работать придётся много. На меняющихся наших коллег в день приходится по 2–3 вылета на каждого человека. Перерывов практически не бывает, — говорил комэска, прохаживаясь вдоль чёрной доски, накренившейся от содроганий вчерашних прилётов по базе.