— Товарищ генерал, мамой клянусь… — начал заступаться Бажанян за своих товарищей.

— Про вас, Тигран Араратович отдельно поговорить стоит, — остановил его Хреков. — Вы, выйдя на улицу по каким-то своим делам, вмешались в этот процесс, завидев неуставные взаимоотношения.

— Так точно! Я принял меры, — отрапортовал Бажанян.

— Ага, принял он. Оценили обстановку и добавили ещё пару «лещей» столь ненавистному начальнику склада, — стукнул по столу Хреков. — После таких «грязевых ванн» и лёгких ушибов, прапорщик, дождавшись ухода троицы, побежал, куда надо, и зафиксировал побои. Ваше счастье, что дело дошло только до начальника тыла ТуркВО. Они там родственники, вроде, с этим прапорщиком. Их узбеков не поймёшь, — сказал Хреков. — Вам повезло, что ценность лётчика очень высокая, поэтому и не стали раздувать этот момент.

Очередная пауза и теперь раздача слонов дошла и до меня с Валерой.

— А вы двое — отдельная история! — воскликнул генерал, когда мы поднялись с Гаврюком. — Идёт построение личного состава, вам разрешили выполнить проход, показать своё мастерство. Вместо этого, по вашей вине срывает фуражки у всего личного состава и все остальные головные уборы. И главное, мы так и не нашли фуражку маршала Соколова. Как так можно было? Несколько человек не слышат ничего, потому что кто-то врубил форсаж у самой земли. В паре кабинетов окна разбиты. А на месте награждения ваших товарищей снесли всё, что можно. Флаги, стенды, вы даже столы умудрились перевернуть!

— Товарищ генерал… — начал Валера, но и ему не дали сказать.

— Так вам же одного прохода мало. Вы ещё проходите и во второй раз добиваете всё, что не раскидали в первом заходе, — злился Хреков. — Короче, маршал операцией доволен, а 236 м полком нет. Что скажете, Валерий Алексеевич?

— Служу Советскому Союзу! — пробасил Томин.

— Значит так, наказание я вам ещё не придумал, но в Союз вы у меня точно не поедете в следующем году. Со мной останетесь, за компанию, — подытожил Хреков и показал кадровику, чтобы он позвал Асю. — Можно теперь и приятный повод.

— Кхм, — прокашлялся кадровик. — Товарищ генерал, вот приказ…

— Я знаю, капитан, — махнул Хреков, вырвав из рук невысокого офицера в очках бумагу. — Таак, капитан Гаврюк на середину класса.

И вновь, как и пару месяцев назад, местом нашего награждения с Валерой являются эти четыре стены. По своим подвигам и количеству боевых вылетов, Гаврюк вполне себе налетал на звезду Героя Советского Союза. А после сегодняшнего вылета, и уничтожения двух зенитно-ракетных комплексов, вопроса вручать или не вручать, не должно быть.