— Не отставать, быстрее.
Джамиль повел какими-то зигзагами между амбаров, складов, огромных штабелей бочек и куч чего-то, что в темноте невозможно было определить. Наконец вышли к пустынному пирсу.
— Вот он, наш корабль. — Указал на небольшое двухмачтовое судно, пришвартованное к мощным кнехтам. — Идти в Триполи.
Отлично! Этот город был в списке де Камбре, там есть к кому обратиться за помощью.
С судна спущен трап, а над трапом на берегу установлена арка, приветствующая прибывших в Стамбул путешественников. На самом деле, это д,Оффуа знал еще по прошлогодней поездке в Тунис, ее назначение — определять европейских магов, въезд которых в пределы Османской империи запрещен под страхом смерти. Но на обычного дворянина, способного лишь на слабые заклятья, она не среагирует. Наверное. А потому:
— Пошли.
— Стоять. — Слуга крепко схватил господина за плечо. — Ждем.
Чего? А, понятно. К пирсу причалила шлюпка. Только после того как рулевой, встав на банку3 , махнул рукой, Джамиль скомандовал:
— Вперед, туда, быстро.
Все в шлюпку не поместились, поэтому первыми уехали д,Оффуа с женой и Сальва, как заложница. А что делать? Слуга, конечно, человек верный, но все же человек, значит, жадность присуща и ему. Кто знает, когда она возьмет верх.
Шлюпка обошла корабль, подплыла к противоположному, скрытому от пирса борту, с которого гостеприимно свисала веревочная лестница. Для мужчины — нормально, да и не впервой.
Д,Оффуа поднялся на борт, его встретил широкоплечий и пузатый бородач в меховой куртке, делавшей моряка просто огромным.
— Деньги с собой? Тысяча акче, — произнес он на османском. Все верно, вначале оплата.
— Двести экю. — Галлиец протянул увесистый кожаный кошель. — Пересчитайте.
Капитан пожал могучими плечами.
— Зачем? На моем корабле не обманывают. Во всяком случае те, кто хочет с него сойти на берег. — И тут же скомандовал: — Пассажиров и багаж поднять, потом вернуться за остальными.
Резиденция реис уль-кюттаба
— Докладывай. — Хозяин кабинета чинно возлежал на диване, всем своим видом демонстрируя солидность и невозмутимость. Хотя внутри все клокотало, хотелось вскочить, захлопать в ладоши, да даже и подпрыгнуть в нетерпении, прямо как в детстве.
Сейчас, сейчас этот человек, стоящий напротив, доложит, что проблема решена, проклятая девка убита, а вина лежит на вконец обнаглевших бандах, решивших именно в эту ночь показать всему городу, кто здесь на самом деле хозяин. Заодно и городского визиря скинуть удастся — такого безобразия не простит даже нынешний султан, славящийся своим мягкосердечием.