Их убивали везде, где находили. Приходилось скрываться, притворяться последователями ереси, ставшей традицией. И, разумеется, убивать гонителей.
Пока не пришли в Тунис, где паша позволил жить по своим законам. Прошлый паша, увы, не нынешний узурпатор.
Но вот появилась надежда. Пришла весть из Умирающего города. Какая? Этого аль-Машьяду не сообщили. Лишь сказали, что есть шанс изменить судьбу единоверцев. И сейчас от него требуются сведения обо всем, что интересует пашу. И аль-Шорбан — первый, кому паша будет задавать главные вопросы.
Только самого аль-Шорбана одуревшего после приема наркотика, лучше не спрашивать, только внимательно слушать. Вот как сейчас, например.
— Эй ты, как тебя!
Зовет. Ну, помоги Всевышний!
— Слушаю, мой господин. — Аль-Машьяд аккуратно закрыл за собою дверь.
Великий возлежал прямо на ковре, подложив под голову яркую пуховую подушку и блаженно улыбаясь. В воздухе носился сладковатый запах курящегося наркотика.
— Есть такой капитан из неверных, Барбаросса. Знаешь такого?
— Нет, господин, я вообще мало кого из моряков знаю.
Разумеется. Жертвующим нет дела до морских разбойников.
— Так узнай. Он откуда-то с севера, командует фрегатом «Внимательный». Так вот, надо организовать за ним слежку.
— Все сделаю, господин, найду и организую. Как часто докладывать?
— Хм-м. Пожалуй, ежедневно, вот также, по вечерам. Вместе с… — Аль-Шорбан покрутил пальцем. — Ну, ты понял. Но это не главное!
Господи, еще чего придумал? Говори уже, не тяни. Вон как глаза заблестели, не к добру это.
— В общем, надо проследить за ним в море. Не знаю как! Не мое это дело! Деньги проси любые, но узнай, куда Барбаросса отправится и зачем. Главное — зачем. Понял?
Ничего не понял, но упаси Всевышний в этом признаться.
— Конечно, господин, все будет исполнено, не беспокойтесь.
— А я и не беспокоюсь. Сделаешь — и ты не пожалеешь о своей преданности. Или пожалеешь, если не сделаешь. Так что раз все понял — действуй.
Все было сказано тихим, даже кротким голосом, с доброй улыбкой на лице. Будто это и не угроза вовсе, а радушное приглашение уютно посидеть, попить чаю.
— Слушаюсь, господин. Займусь прямо сегодня.
— Хорошо, ступай. И да хранит тебя Всевышний.
Вновь поклон, пятясь дойти до двери, выскользнуть в приемную. Уф-ф, все. Успел. До того, как умиротворение наркомана не сменилось безудержным гневом.
— Лейлу сюда! Жирную! И розги! Веселиться желаю! — Раздалось из-за двери.
Началось. Бедная девочка.
* * *
12. Буква арабского алфавита.
Глава 23
У своего поставщика аль-Машьяд был уже вечером того же дня. Идеальная легенда для встречи — человек пришел купить наркотик. Дело осуждаемое, но, в общем, никем не запрещенное.