Тук! В столб что-то врезалось, и я почувствовал, что руки свободны.

— Держись, сейчас ноги освобожу!

Тук! Есть! Спрыгиваю с перекладины столба и тут же валюсь наземь — ни ног не чувствую, ни рук — перетянуты были, теперь пока кровь не разойдется, с меня не то что боец — я и ходить-то не смогу. Быстро растираю «деревянные» ноги «деревянными» же руками, и вижу, как Герат и еще несколько человек быстро и споро освобождают моих спутниц. Одноногую Фелну, потерявшую сознание, аккуратно подхватывают на руки и спускают на землю площадки.

Через минуту я уже могу двигаться — враскоряку, но могу. Поднимаюсь, бегу к девушкам, осматриваю на предмет ранения. Они изранены, да, сплошь покрыты рубцами, ранами, синяками, но осколочных ранений, новых ран, угрожающих жизни пока не имеется.

В том-то и дело, что — «пока». Бомбы теперь рвутся чуть поодаль от нас, но это только временно. Вижу, как полоса взрывов приближается к нам, неумолимо, как волна цунами.

— Бежим! — кричит Герат — Хватайте женщин, и бежим!

Из девушек, как и можно было предположить, поднялась на ноги самая маленькая, но при этом самая ловкая и тренированная — Соня. Хельга и бабушка стоят на четвереньках и пытаются подняться — безуспешно. Фелна так и лежит без сознания — жалкое, уродливое подобие женщины. Мужчине страшно, когда он вдруг становится инвалидом, теряет конечности, а тут — красавица в самом расцвете сил! И вот… По-моему она и не хочет приходить в себя. Да, лучше умереть так, без сознания, не понимая, не зная что с тобой случилось. Дурной сон, кошмар, да и только. А потом — вечный сон.

Воздух гудит, ревет — драконы, спустившиеся на уровень крон деревьев лижут землю огненными языками. Меня обдает раскаленным воздухом, но нам в этот раз везет — струя из летающего огнемета проходит в стороне. Но…это впечатляет. Это не картинный огонек, вырывающийся из пасти китайского дракона. Это настоящий летающий огнемет с длиной пламени в несколько десятков метров. И пламя такое, что после него горит все — и мокрое, живое дерево, и даже скалы, раскаляющиеся докрасна после одного, единственного касания пламени. Люди? Мотыльки, вспыхивающие, исчезающие в пламени адского костра. Их просто испаряет на месте, как пламенем ядерной бомбы.

Хватаю на руки Фелну и ощущаю, насколько они стала…легкой. Ну да, ну да…такого куска тела нет. Интересно, сколько весит нога…

Господи, какие дурацкие мысли! Ну что, что лезет в голову, когда вокруг тебя рвутся бомбы, и землю лижет пламя огнемета?! Или это защитная реакция мозга, уберегающего себя от безумия?! Думать о чем-то тупом, стороннем, почти никакого отношения не имеющего к ситуации?