— Это тебе решать, — коротко ответила Мать Леса.
Лакросса глубоко вдохнула и медленно выдохнула, приводя мысли в порядок.
— И? — Она снова приняла грозный вид. — Зачем ты это сделала? Только не говори, что по доброте душевной. За жемчуг ты отправила нашего друга в Духовное пространство. По крайне мере, я надеюсь, что это так, иначе я спалю весь этот чёртов лес.
Дерево угрожающе заскрежетало, взвился ветер, зло зашуршав кронами огромных дубов. Но Лакросса продолжила требовать ответов:
— Так зачем?
— Я живу здесь уже много сотен лет. Я либо сплю, либо пробуждаюсь на короткий срок, когда ко мне приходит кто-то из рода Дубовых. Только они имеют право вырвать меня из сна. Как его отец, — Мать Леса качнула ветками на голове в сторону тела барона. — Скука — мой самый главный враг. Я не пробудила ваши дары, а лишь задала им направление, а в обмен получила ваши воспоминания, что скрасят мне пару сотен лет. И генетический материал.
— Зачем? — ещё настойчивее повторила свой вопрос оркесса.
Хозяйка рощи ничего не ответила, зелёные угольки устремились на стену деревьев на краю поляны.
— Он здесь, — коротко сообщила она.
— Господин? — с надеждой спросила Вероника, садясь рядом с телом Дубова.
— Нет.
Девушки синхронно обернулись. Лакросса рефлекторно заняла позицию между кромкой леса и Дубовым, будто собиралась защитить его от неведомой угрозы. Агнес встала слева и что-то достала из кармана комбинезона.
В том, что к ним приближается угроза, оркесса не сомневалась. Они никого не ждали, так что заявиться сюда могли только с двумя целями: убить их или убить Мать Леса. Оба варианта их теперь не устраивали.
В двух дюжинах метров, на опушке, послышался треск раздвигаемых ветвей. Протиснувшись между плотно стоящих деревьев, на поляну вывалился человек. Весь израненный, будто его стая волков потрепала. Лицо в синяках и ссадинах, от виска к подбородку след от удара когтями. Он уже заживал, смазанный лечебной мазью. Чёрная броня местами была порвана, правую ногу и левую руку будто бульдоги погрызли. Все в следах от зубов и в крови. А ещё голова пришельца сверкала свежей лысиной.
Человек с трудом поднялся, подбоченясь, опёрся на здоровую ногу и вытащил из-за спины оружие. Оркесса узнала арбалет. Агнес успела ахнуть. Человек, не произнеся ни звука, быстрым, отточенным движением положил болт на ложе, прицелился и выстрелил в грудь Лакроссе.
Глава 12
Все чувства Лакроссы вдруг обострились, время замедлилось. Так всегда случалось в минуту смертельной опасности. Свистнула тетива арбалета, и к девушке устремился короткий болт с наконечником из сверкающего металла.