Остается только один вопрос: как это сделать⁈ Попросить об этом «мать» или Мемнона было бы неразумно — им сейчас не до детских капризов. Да и, думаю, такое странное желание у десятилетнего мальчика их бы сильно удивило. Мне это совсем ни к чему, и, если честно, они все равно не смогли бы помочь, даже если бы и захотели, ведь их самих никто на это собрание не приглашал.

«А могли бы и позвать! Барсина все же мать, пусть и незаконнорожденного, но сына Александра!» — недовольно бурчу про себя, но точно знаю, что ведущие полководцы почившего царя не позвали на свой совет никого из родственников Александра. Ни мать его бастарда, то бишь меня, ни одну из его трех освященных браком жен, ни слабоумного сводного брата Филлипа Арридея. Никого!

Почему⁈ Да потому, что собрались решать их судьбу и судьбу всей империи, совершенно не учитывая их интересы!

«Пусть так, — упрямо закусываю губу, — и тем не менее, я был бы не прочь поприсутствовать на сем благородном собрании, хотя бы негласно. Это будет полезно для реального понимания, кто есть кто!»

Подумав так, я осторожно подхожу к двери и слегка приоткрываю ее. Мой взгляд проникает в щель, и я вижу стоящего напротив чернокожего молодого парня в одной набедренной повязке. Как я и ожидал, моя заботливая «мамочка» не решилась оставить сыночка без присмотра в такое тревожное время.

«Что делать? — на мгновение задумываюсь, и тут же в голову приходит фраза из известной советской комедии. — Кто нам мешает, тот нам и поможет!»

А действительно, даже если я выйду из комнаты, то как в этом огромном дворце найти ту комнату, в которой будет проходить совещание? В поисках у меня куда больше шансов совсем заблудиться, чем найти зал совета. К тому же мне нужен даже не сам зал, а то место, откуда я смогу беспрепятственно подслушивать, а в идеале еще и подсматривать. Для этого желателен человек, знающий расположение дворца. Возможно, слуга, стоящий у моей двери, может мне в этом помочь.

Дело осталось за малым — уговорить бедолагу. Раскрыв дверь пошире, я подзываю слугу:

— Подойди!

Тот испуганно вздрагивает и делает шаг навстречу. Резко схватив его за руку, я втаскиваю ошеломленного парня в комнату. Тот не кричит, а лишь издает надрывный шепот:

— Что ты делаешь, юный господин?

Вместо ответа я сам задаю вопрос:

— Как тебя зовут?

Я всю жизнь работал на самых разных судах с самыми разномастными экипажами, и как находить общий язык с людьми, знаю не понаслышке. Первое дело — наладить контакт, а для этого тот, кто тебе нужен, должен почувствовать твое участие и интерес. Поэтому я и начинаю с имени.