Я не выдержал и всхлипнул. Сидевшая рядом девушка медленно подняла голову и встретилась со мной взглядом. Нет, все-таки глаза у нее хоть и холодные, но чертовски красивые. Особенно, когда имеют вот такую, абсолютно круглую форму.

— Ты… жив? — прохрипела она едва слышно.

— Не уверен, — честно ответил я ей. — Надо будет разобраться.

— И как давно ты слушаешь? — спросила она, как-то подозрительно поглаживая рукоять своего изогнутого меча, а глаза ее приняли прежнее холодно-расчетливое выражение.

— Давай оставим этот щекотливый вопрос, а то боюсь, я не переживу ответ, — миролюбиво предложил я, аккуратно переходя в сидячее положение и ощупывая целой рукой пространство за спиной на предмет путей к спасенью.

Она прикрыла глаза, сделала глубокий вдох, выдох… Открыла.

— Ладно, — кивнула она.

Обследовав себя с помощью магии жизни, я был… озадачен. Нежитью я не стал. Но и живым, как таковым, тоже не был. Как будто моя сущность зависла где-то на переходном состоянии и не знала куда ей деваться. Где-то в районе сердца я обнаружил структуру плетения, отвечающую за подъем нежити, только намного сложнее, чем любая, что встречал до этого.

Сердце у меня билось, кровь текла, еда требовалась. Вот только зубы я чувствовал как-то по-другому, а челюсть могла теперь раскрываться шире и стала намного сильнее. Ногти на сохранившейся правой руке почернели, заострились и стали очень прочными. Все раны зажили, но вот левая кисть не отросла, и были у меня сомнения, что я вообще смогу ее вернуть, так как эффект от магии жизни на меня стал на порядок слабее, хотя я и мог как раньше накладывать ее на других.

Прима пережила мою смерть и перерождение вполне себе нормально, а после апгрейта еще и поумнела на порядок. В остальном же все осталось по-прежнему, то есть мы сидели в глубокой ж*пе и лишь примерно знали, как из нее выбраться, а у меня на шее висела еще одна проблема в виде «спящего красавца».

— Кто это? — спросила Миллена, присаживаясь рядом со мной и кивая на спящего мальчишку.

— Нашел его в самой первой комнате, возле лестницы. Там вагонетка лежала перевернутая, вот под ней он и прятался. А вот что он там делал, такой молодой, сочный, вкусн… Кхм, так куда это меня понесло?!

Миллена лишь покачала головой и натянула свою маску и капюшон. Мое «посмертное исцеление» затянуло ее раны, но вот на шрамы оно не реагировало, даже более того — оставляло новые. Изменением внешности вообще и шрамами в частности занималась отдельная ветка магии жизни — косметическая. Она была одной из самых сложных и стоили услуги таких специалистов очень и очень недешево.