— Ну ладно, будь по-вашему, — шутливо поднял я руки, сдаваясь. Спорить с ними у меня не было никакого желания. — Так что ты хочешь?
Прикрыв глаза и откинувшись на спинку стула, трактирщик спокойным голосом начал свой неторопливый рассказ.
— Я сирота. Родился и вырос на улице, в этом самом городке. Дела много глупых и злых вещей, о которых стыжусь до сих пор, но… Они были необходимы, чтобы выжить. Примерно в возрасте Явы я записался новобранцем в наемничий отряд и сумел вырваться из трущоб внешних районов. Меня кое-как обучили и кинули в мясорубку. К удивлению своему и окружающий, я сумел каким-то чудом выжить. Прошел несколько войн, а потом уволился из отряда и нанялся в регулярную армию. Там было, не скажу что легче, но терпимо. Наш старый король отличался редким благоразумием и умел избегать ненужных свар с соседями, так что гоняли мы в основном разбойников и всякую нечисть. Отслужил положенные десять лет, получил деньги и надел. Женился. Мать Явы была… не то, чтобы красивой, но доброй женщиной. А еще деревенской ведьмой. Она сбежала из родных мест, когда ее совсем затравили и поехала по миру искать счастья. Познакомились мы в этом самом трактире… Потом было много чего, но в итоге… свадьба, недолгое счастье и ее последние слова, перед самыми родами. До сих пор помню ее слабый голос. «Родится девочка», — сказала она, — «А я умру. Когда-нибудь она встретит Рыцаря. Доверь ее ему. Так надо».
— Ты мне ничего этого не рассказывал, — всхлипнув, жалобно пропищала Ява, сжавшись комочком на диване и с горечью смотря на нас.
— А зачем? — тяжело вздохнув, пожал плечами ее отец. — Что бы это изменило?
— Вот почему ты всегда так?! — воскликнула девчонка, вскакивая, и убегая из комнаты.
— И ты что, вот так просто отдашь незнакомому человеку единственную дочь? — спросил я, переводя взгляд с хлопнувшей двери на трактирщика.
— А это уже не мне решать, — горько улыбнулся он и, встав, направился к двери. Уже на пороге он остановился и, не оборачиваясь, тихо добавил: — Просто ее мать сказала еще кое-что. «За Рыцарем придет и твоя смерть, любимый». Скоро меня не станет и, я надеюсь, ты о ней позаботишься…
Дверь за трактирщиком закрылась.
Глава 14. Об особенностях проклятий
Той ночью я… я сбежал.
У меня очень чуткий слух и я прекрасно слышал, как Яванна плачет в комнате этажом ниже. Отец долго рассказывал ей о матери, о ее даре, о тех силах, что спали в этой девочке. А потом рассказал и о последней части пророчества, которое предвещало его смерть.
Открыв окно, я выпрыгнул на улицу и тенью пронесся по ночным улицам, стремясь покинуть город как можно быстрее. И дело было не только в разрывающем сердце детском плаче, но и проснувшемся голоде — я чувствовал, что еще немного и начну воспринимать окружающих только как сочные куски свежего мяса…