— Такого ящера, как Ваш, господин маг, простым людям не достать, — нагло улыбнулся Мьер.

— А, ну да, — согласился я. — Вот про Обжорку я не подумал. Ладно, нам нужно две комнаты поприличней, еда и помыться бы. Плюс, припасы завтра утром в дорогу. А теперь назови за все адекватную цену, — улыбнулся я самой своей обворожительной улыбкой.

Трактирщик дернулся и побледнел — всего на мгновение я позволил зубам стать острыми клыками, а в глазах загореться зеленому огню мага теней, но впечатлений ему хватило. Причем трактирщик не должен был до конца понять, показалось ему или это было на самом деле.

— Пятнадцать серебряных, — выдохнул трактирщик, как будто бросаясь в воду.

— Пять, — спокойно сказал я, подпуская зеленое пламя в глаза и уже не убирая его.

— Десять, — голосом обреченного на смертную казнь заявил Мьер, не отрывая взгляда от тени стоящей перед ним кружки, которая вдруг обрела объем и нарочно медленно потянулась к нему.

— Семь.

— Договорились! — быстро заявил он, отступая на шаг.

Я бросил играться с тенями и, достав из сумки мешочек с монетами, отсчитал пять серебряных кружков.

— Остальное утром, как соберешь провизию в дорогу, — сказал я жадно загребающему монеты мужику.

— Комнаты девять и десять, господин маг, — он, порывшись под прилавком, достал два массивных бронзовых ключа.

— Благодарю, — улыбнулся я, беря тяжеленные штуковины и направившись в сторону лестницы.

— Жулье, — покачала головой Миллена, когда мы поднялись на второй этаж.

— Ну, кушать всем хочется, — философски ответил я, ища нужные нам двери. — А, вот эти! Ну-ка, ну-ка…

Номера располагались в конце коридора напротив друг друга и оказались вполне себе неплохими — деревянные кровати с набитыми пухом матрасами, подушки и шерстяные одеяла. Шкаф для одежды, сундук и пара тумбочек. Все деревянное, но вполне себе неплохой отделки. В одной комнате кроватей было две, в другой, что поменьше, одна.

— Так, не понял? — я удивленно выгнул бровь, увидев, как Миллена невозмутимо занимает одну из кроватей двухместной комнаты.

— Он с тобой спать не захочет. Боится, — пояснила она, кивком указав на столь же непонимающе смотрящего Мартина.

— Да ничего я не боюсь! — храбро заявил он, гордо выпятив куцую грудь и опасливо на меня покосившись.

— Марти, — почти ласково, что довольно жутковато с ее голосом, произнесла наемница, и в стену рядом с его головой воткнулся метательный нож, — видишь, я могу за себя постоять. А вот если Рус нападет на тебя, то ты узнаешь об этом уже в Балгалле.

Мартин покосился на торчащий нож, шумно сглотнул и согласно закивал.