— А если не ждать, а охотиться регулярно? — пришла мне в голову идея.

— Не советую, — покачал он головой. — Чем больше праны ты поглощаешь, тем интенсивнее идут изменения, а срок их окончания не меняется. В итоге вместо легких мутаций получишь полную перестройку организма. Так что поглощай прану лишь по необходимости. Проклятье будет пытаться изменить тебя, подталкивать к поглощению как можно большего количества энергии души. Поддашься, и станешь настоящей нежитью: монстром, стремящимся сожрать все что шевелиться.

— А если нет? В смысле, буду охотиться только при приступах и только на животных?

— Тогда возможны варианты, — он почесал затылок. — Можешь остаться почти на текущем уровне, то есть вполне вменяемой полунежитью, можешь полностью превратиться в какую-то зверюгу с человеческим разумом, а можешь от постоянного голода двинуться рассудком и стать кровожадным маньяком с частично мутировавшим телом. Вариантов много, а ты, как я уже говорил, случай уникальный. Но проблема в том, что проклятье регулярно станет требовать прану на свое поддержание и будет продолжать капать тебе на психику. Кроме того, при больших дозах праны возможны резкие мутации.

— Весело, что еще сказать… — вздохнул я.

— Есть новости?

— Да, в принципе, все тихо. Жучки из седьмого сектора пошаливают, но ничего серьезного.

— Что, прямо совсем ничего?

— Как говорили у тебя на родине, тишь да благодать. Хотя… есть тут один рекрут.

— И что с ним?

— Ну, для начала он подцепил проклятье нежити.

— Необычно, но и только. Держится пока?

— Ага, причем даже небезуспешно. У него есть все шансы снять проклятье и завершить проверку. Но тебе будет более интересно, кого он недавно встретил.

— Выкладывай уже!

— Твой старый знакомый…

— У меня их много.

— Ага, но только у одного из них стальные крылья и плазма вместо крови.

— Хм… Дай-ка мне координаты этого стажера.

Побочная глава. Шрамы.

Миллена смотрела на свое отражение в пруду.

Серые глаза, стройные ножки и аккуратная грудь второго размера — вот и все, что можно было назвать в ней привлекательного.

Страшные шрамы от ожогов полностью закрывали руки, плечи и шею, а так же уродовали нижнюю половину лица, от чего она была вынуждена постоянно носить полумаску. Плоский животик портил чересчур, на ее взгляд, накачанный пресс и уродливый рваный шрам. Волосы, объект гордости любой девушки, в силу профессии она вынуждена была коротко стричь, что тоже не добавляло ей привлекательности. Да и все остальное тело так же было покрыто многочисленными шрамами самого разнообразного происхождения. Даже голос из-за поврежденного горла звучал так, что любой собеседник невольно начинал кривиться. Так что Миллена редко говорила и носила полностью закрытую одежду.