А вот про деда, про отца, про меня выспрашивал подробно. Деда-то я почти не помню, мне 7 лет было, когда он умер. Больше знаю о нем по рассказам бабушки. А еще запомнилась выцветшая, пахнущая потом и табаком гимнастерка и серая, надвинутая на глаза кепка. Зато порадовал я Прохора, что будет у него сын Пашка.
Старший-то, Иван, сейчас службу несет на Зайсане. Охраняет торговые пути из Китая и Монголии от лихих степняков. Средний, Петька, в Оренбурге в юнкерском училище, чем Прохор, кстати, очень гордится. Сынок офицером будет! Дочки Марфа и Ольга замужем. Иришка нас встречала. Есть еще Анна, Евдокия и совсем маленькая двухлетняя Ниночка. Сейчас жена Прохора Прасковья тоже на сносях. И тоже будет девочка. Бабка-повитуха так сказала, а ей можно верить, еще никогда не ошибалась. А с девок, какой толк? Не зря степняки говорят: «Дочь в доме родителей — гость», а русские: «Дочку в колыбельку — приданное в коробельку». Вон старших замуж отдали и все. У них свои семьи. Ольга еще бывает, заскочит. А Марфа с мужем далеко. В Верном.
Внуком своим, моим дедом, Прохор погордился. Крякнул одобрительно узнав про орден и две медали. Зато, отца ругал сильно. Вопреки насаждаемому в моем мире мнению о том, что русский мужик пьяница и лентяй, к алкоголю здесь и среди крестьян и, уж тем более, среди казаков отношение крайне отрицательное. Выпить могут и любят. Но в меру, не до потери человеческого облика. И по поводу. А чтобы пить просто ради того, чтобы напиться… Есть, конечно, и такие, но их презирают и за людей-то особо не считают. Так что-то совершенно бесполезное и бессмысленное. А вот новость, что я могу лечить, да еще и был учеником у шамана, Прохор воспринял неоднозначно. С одной стороны ведун-характерник в роду это серьезно поднимает рейтинг семьи, а с другой… В общем, не любят и боятся таких как я, хоть и уважают.
Поговорили и про службу мою. Решили, что как Сход решит, так и будет. Только Прохор сразу сказал, что регулярные полки мне вряд ли светят. Два сына у него уже к казачьей службе приставлены. Хватит. Ну а меня решили третьим сыном назвать. Незаконнорожденным, но признанным. Так проще будет объяснить мое появление. Ну, погулял батька в молодости, с кем не бывает. Посудачит народ, да перестанет. Еще и уважать больше начнут. Единственное условие — на наследство я не претендую. Ну, так оно мне и не надо. Могу даже бумагу подписать. Вот за бумагу чуть по шее не получил. Мол, какие бумаги, между родными людьми⁈ Эх, Прохор Иваныч, Прохор Иваныч, безгрешный ты человек, предок мой дорогой. Знал бы ты, на что способны самые близкие и единственные друг у друга люди ради денег или лишних квадратных метров!