— Хорошо, Владислав Брониславович, я принимаю Ваши извинения. Хотя, на Вашем месте я, наверное, поступил так же.

Он удивленно уставился на меня:

— Вот как!

— Вы несете ответственность за больных, — я еще раз пожал плечами.

— Странно, что Вы понимаете это, — теперь моя очередь смотреть на него с удивлением, — Вы слишком молоды. Еще и из казаков.

Нет, вот же змей высокомерный. Извинился и тут же оскорбил. Чем казаки-то тебе не угодили? Хотя догадываюсь. Поражение восставших простить не может. Ну, так там не только казаки отличились.

— Казачий мундир и Государю Императору не зазорно носить! — привстав, я сделал вид, что оскорблен до глубины души и собираюсь покинуть кабинет Загорского. Надо сбить спесь с этого патриота Речи Посполитой. Вот неплохой же человек, но панское высокомерие видать в крови у каждого поляка, магнат он, шляхтич или простой доктор из мещан. Хотя Загорский вроде как дворянин. Надо будет спросить у Веры. Доктор, почувствовав, что сказал лишнее, тут же спохватился.

— Вы не правильно меня поняли! — воскликнул он, приподнимаясь вслед за мной, — Просто казаки в моем представлении слишком лихи и вольнолюбивы, чтобы понимать ответственность, как понимают ее люди образованные.

Нет, его уже не исправить! Ну не бить же доктора, ей Богу. Это Ваньша засадил бы в зубы без разговоров. А я не могу, но хочется. Очень хочется.

— Владислав Брониславович, давайте к делу, — сквозь зубы выдавил я, — Пока мы с Вами окончательно не разругались.

— Хорошо, — он опять принялся протирать свое пенсне, потом, не надевая их, красными от усталости глазами близоруко посмотрел на меня, — Вы знаете, что такое бактериология?

— В общих чертах, — кивнул я. Его брови удивленно вскинулись, но в этот раз Загорский смог промолчать.

— Так даже проще. Понимаете, еще со студенческих времен я увлекся этой удивительной наукой, шагнувшей за последние несколько десятков лет далеко вперед. Был открыт целый ряд бактерий — возбудителей таких болезней, как дифтерия и брюшной тиф, а также стрептококки, стафилококки, пневмококки, гонококки, палочки сибирской язвы. У себя дома я устроил небольшую лабораторию, где изучаю разные виды бацилл и микробов, попадающихся мне в практике. Я собрал неплохую бактериологическую коллекцию, которую регулярно пополняю. И тут появляетесь Вы со своим лекарством. Дмитрий Никитич, — Загорский посмотрел на меня с мольбой, так не свойственной гордому поляку, — Я прошу Вас, позвольте мне исследовать Ваш препарат, — он вскинул руки пытаясь остановить мои возражения, которых, впрочем, не было. Пусть исследует, вряд ли что-то поймет. Это мы уже обсуждали с Фирсом. — Нет-нет! Не поймите меня не правильно! Я не собираюсь украсть у вас тайну лекарства, мне интересно воздействие его на разные виды микроорганизмов.