Так или иначе, эти птицы видят небо. Сытно трескают, щупают траву. Не каждый бескрылый может таким «набором» похвалиться.

Ворона в это всё лезть не станет. Лишь выразит надежду, что пернатых правда держат так (то вольер, то свобода) из-за заботы, а не чисто ради шоу.

Как я уже сказала, туристов в заповеднике было не очень много. Может, это вороне так повезло?

Но, даже если бы одновременно с нами там сто тысяч человек «выгуливалось», одна из посетительниц всё равно запомнилась бы вороне.

Где-то моего возраста. Может, на полгода-год постарше. Обычно одетая — явно не из семьи с высоким достатком. Как же лучились её глаза!

— Я тоже буду ухаживать за журавлями, — убежденно сказала она. — Как и она. Как моя тетя.

— Тетя? — полюбопытствовал мой батя. — И кто же твоя тетя, малышка?

— Смотритель Сюй с фотографий на входе, — ответил мужчина, держащий малявку не за руку (те были заняты, крошили в воду у туристической тропы вареную кукурузу), а за капюшон легкой курточки. — Это моя сестра, а егозе моей — тетя. Каждое лето я привожу дочку посмотреть на журавлей.

Отец и дочь Сюй улыбались, стоя на настиле поверх болотных кочек. Малышка хлопала в ладоши, когда горделивые птицы взмывали в воздух. Отец прятал гордую улыбку в кулаке.

Эта девочка вернется. Взаправду выучится и приедет в Чжалун — уже как сотрудница. И станет радоваться каждому дню, пусть даже он будет проведен по колено в болоте, в безумолчном птичьем гомоне, на всех ветрах…

А отец станет гордиться своей кровинкой. Ведь она делает хорошее дело. Дело, которое выбрала сама. Сердцем.

Даже когда она будет возвращаться домой, вся пропахшая рыбой (ею здешние смотрители кормят взрослых журавлей), и вместо успехов в бизнесе — умиляться росту маленьких журавлят.

А также другие отец и дочь по фамилии Сюй. В нескончаемой погоне за успехом, в шелках и золоте — несчастные… Я так вижу, но могу ошибаться. Хотелось бы ошибаться.

И всё же эта Сюй, из журавлиного края, вызывает в вороне — радость и воодушевление. А та Сюй, из группы одаренных детей в элитном Солнышке, при всех её талантах, лишь тревогу.

Уезжая из заповедника, эта ворона загадала: пусть всё сложится. У обеих девочек по фамилии Сюй.

Мироздание, это ведь такая малость.

Поспособствуй, что тебе стоит!

После целого дня на воздухе эта ворона готова была кидаться на сырое мясо… Чтобы, как воспитанная девочка, уложить его щипцами на круг для жарки барбекю.

Сколько помню, при просмотре корейских дорам (отчего-то продукцией киноделов из Хангук я-прошлая интересовалась на порядок больше, чем китайскими сериалами), в них всегда показывали вкусную еду. Нередко и «вкусно» готовили. Барбекю там — как вид искусства.