— Господин Рублев… — он покачал головой. — При всем бесконечном уважении к ее божественному высочеству, как я все это объясню там⁈ — палец важного полицейского указал на потолок.
— Там только боги и она — наша Владычица Тени, — ответил ему я, постаравшись вложить в эти немногие слова побольше уверенности.
— Вы понимаете, слишком шумно все вышло. Большой пожар, много жертв. Там же монахов этих сгорело больше десятка. И наши люди погибли — это особо важно. Парни из Седьмого Редута… двое с разорванным горлом. Дело очень громкое. Оно может оказаться во внимании императрицы! Так что вашу баронессу очень непросто вызволить. Тем более если прямо так сразу, — он налил в стакан снова воды, отпил жадным глотком, задумался. — Сказать, что мол, обознались… Взяли ее, перепутав с похожей. Такое тоже не очень хорошо. Бросает тень, понимаете ли. Делает идиотами тех, кто выезжал на место. И показания… — он замотал головой.
— Говорите, бросает тень? Тень — это хорошо, — усмехнулся я. — На то наша Ириэль и есть Владычица Тени. Только бросить тень нужно в правильном направлении. А именно на орден Эргонта. Причем тень самую мрачную. Такое будет полезно вам и нам. Ириэль будет вам благодарна, если вы повернете это дело именно так.
Я встал со стола, давая виконту минуту обдумать мои слова, прошелся по его огромному кабинету.
— Скажу вам более, — продолжил я, — если правильно разыграть эту карту, то вы еще можете сорвать свыше признание собственных заслуг. Благодарность, ваше высокоблагородие! Заработаете от вашего высшего руководства благодарность, может еще и орден дадут. Вы знаете, что эти мерзавцы из Эргонта приносят на своих алтарях человеческие жертвы? — я остановился, испытывающе глянув на него. — В эту ночь, перед поджогом храма на Колодезной нам удалось спасти одного несчастного. Увы, двоих других не успели, — добавил я и кратко рассказал Лурецкому о деятельности черных братьев то, чего он не знал или делал вид, что не знает.
Он пока сидел в молчании, нахмурившись и вертя в пальцах карандаш.
— Вот еще что, — продолжил я, — это дело с пожаром в храме Таире вы можете состряпать так, что вам оно станет очень выгодным. Представьте, Федор Спиридонович, что на алтарях проклятого ордена погибают не только пьяницы и бездомные. Ведь очень многие преступления можно повесить на черных братков. А учитывая их религию, полную сомнительной морали, то деятельность ордена Эргонта вполне можно счесть как особо опасную, несущую угрозу империи.
Последнее, сказанное мной, Лурецкого явно заинтересовало. Важный полицейский хитровато посмотрел на меня и признал: