Наша возня и потуги с попыткой завести авто «с толкача» привлекли внимание кого-то из обитателей деревни Новая Васильевка, расположенной всего-то в паре сотен метров от места, где мы встали.

— Сломались, что ли? — нарисовался возле машины потрёпанного вида мужичок.

— Есть немного, — поморщился я от досадного недоразумения в дороге.

— Из Уфы, что ли? — глянув на номера, продолжил допытываться визитёр.

И тут под дождик уже вылез Васёк.

— Я — салаватский, а Володя и вовсе из-за Урала. Оба застряли в Уфе, а теперь, когда дороги стали проезжие, едем, чтобы моих родителей похоронить.

— Нужное дело, — кивнул товарищ. — А родители у тебя где работали?

— На «Салватстекле», — тоже поняв, что нас проверяют, сообщил брат жены и поведал и фамилию, и то, кем те работали, и где жили.

— Были бы неместными, не помог бы, — честно признался деревенский. — А раз ты здешний… Чем только помочь?

По поводу втягивающего реле он только пожал плечами, мол, я в этом не пЕтрю. Но подсказал, что на самом въезде в город со стороны «Нефтеоргсинтеза» есть парочка магазинов запчастей, «уже вскрытых», и там может быть, найдётся то, что мне нужно. И не отказался помочь толкнуть нашу «лайбу». Завелась!

Отблагодарил Марата пачкой сахара, пяток которых в качестве «денег» прихватил в дорогу. В результате расстались лепшими корешами с приглашением, «если что случится, заезжайте, помогу!».

Магазины мы нашли сразу. Да что их искать? Вот они, прямо рядом с дорогой, в самом начале улицы Первомайской. Только внутри — полный разгром, и среди массы разнокалиберных коробок и коробочек что-то отыскать практически невозможно. Так, порылся чуток для проформы и махнул рукой.

— Не нашёл? — поинтересовался Вася, остававшийся сидеть в машине, у которой я не стал глушить двигатель.

— Нашёл, — показал я на «Москвич», припаркованный на обочине метрах в двухстах впереди.

И снова «половая жизнь» с гайками в позе «раком». Только уже без опаски замкнуть «плюсовой» провод на массу: аккумулятор-то у машинёшки уже сел.

— Другое дело! — проворчал я в ответ на звук работающего стартёра.

В Салавате, как и в Уфе, из многоэтажек сбежали уже практически все. Благо, и в самом городе есть пара районов частного сектора, и, со слов Богданова, профкомы двух промышленных гигантов не скупились выделять садовые участки работникам. Так что ехали по совершенно пустому городу. Прямо и прямо, если не считать двух площадей с круговым движением, одной с гостиницей на углу, а второй — со стелой посредине.

Там, на второй, я и заметил знакомый грузовичок, прижавшийся к обочине сразу за ней. Двери пустого фургона распахнуты, в отрытой водительской двери пара пулевых пробоин, а рядом — тело… Эх, Садык, Садык! Ну, зачем ты послушался свою подругу⁈ И у неё где-то сейчас далеко не лучшие времена настали, и сам голову сложил.