— Ладно, любимая. Иди на брандвахту. Видишь же: всё в порядке. Не нужны нам скандалы из ревности. Я бы с тобой пошёл, но ты же знаешь, что нельзя вас, женщин, «во внешнем мире» без охраны оставлять. Вот договоримся с местными о том, чтобы наш «полуостров» охранялся, тогда и можно будет вам здесь почти без опаски появляться.
Именно, что полуостров. Этакий почти треугольный, образованный излучиной Белой и рекой Уфа. С каждой из сторон, протяжённостью немногим более двух километров. И три четверти этого треугольника заросло довольно густым лиственным лесом. Мне он и понравился тем, что совсем рядом от «цивилизации», но просто так к нашему «логову» не подобраться. Даже небольшое озерко есть. С тёплой, стоячей водой, на которое в самые жаркие дни повадились кататься по лесной дорожке «туристы». Именно кататься, поскольку до него от брандвахты — те же два «с хвостиком» километра. А что? Тихо, безопасно, несмотря на имеющуюся протоку в Белую, поскольку облюбованный нами пляжик с реки не видно.
Ушла. А я остался караулить. Теперь, даже если Витьке стуканут, у меня свидетель есть, что я на его бабу не лазил. Причём, такой свидетель, которого ни за что не заподозришь в том, что он меня «прикрывает».
— Зря не передумал. Я надеялась…
— Ну, извини, что не оправдал надежд. Всё, Оля, тема закрыта.
Фрагмент 16
31
Жарко стало уже с утра. Даже не столько жарко, сколько душно.
— Наверное, гроза будет, — снова принялся играть в болгарскую пророчицу Вангу наш «метеоролог». — Такая духота часто случается перед грозой.
Вполне может быть. У нас, на Урале середина августа — всё-таки ещё лето. Особенно здесь, в районе Уфы, где климат намного теплее, чем в моих родных краях, на восточных склонах гор. И осадков выпадает куда больше.
Ох, уж эти осадки! Мало того, что пришлось тщательно прятать от дождей привезённый из Прибельского сахар, так ещё и разбираться с мукОй, добытой на Мелькомбинате. Часть мешков, пролежав два месяца на барже, оказалась подмоченной, мука в них взялась прочнейшей коркой. Вот теперь мужики и пластаются без выходных, строя на одном из «наших» крайних к реке участков в частном секторе что-то навроде таёжного лабаза: склад из профнастила, стоящий «на курьих ножках». Чтобы мыши да крысы не смогли забраться с земли. Несмотря на массовое вымирание всей живности, этих тварей, которых, видимо, частично защитил от излучения слой земли, по-прежнему дохрена. Да и плодятся они стремительно.
Да хрен бы с тем, что они что-то там погрызут! Не так уж и много они способны сожрать при наличии пищи для них во всё ещё пустующих домах. Проблема в том, что район Уфы является природным очагом мышиной лихорадки, которой можно заразиться, даже попив воды из кружки, куда сунула нос или лапки хвостатая переносчица. Не говоря уже о «случайно затесавшемся» в продукты мышином помёте. Для самих грызунов она неопасна, а вот у людей и смертельные исходы случаются.