На столе перед ними стояли монитор, новенький системный блок, клавиатура и мышь, всё подключено, но не работало. Мужики сидели и смотрели, не в силах понять, что там случилось.

Ну и как завершение композиции, на столе стоял коньяк, порезанный лимончик, банка с солёными огурцами и два бутерброда с салом.

— Здорово, мужики, — поприветствовал я их.

— А, Старицкий, заходи, — Воронцов махнул рукой. — Тут разобраться не можем, сидим, голову ломаем.

— А чё разбираться? — сказал его сосед, высокий мужик, тоже усатый. — Я же говорил — необмытая покупка гарантии не имеет! Не стал он с нами сразу пить, вот и сломалось, — он заржал. — Приедет, выпьет — всё заробит сразу!

— Тебе-то хорошо говорить. А мне понять надо, почему компьютер за две с половиной тыщи гринов не включается! — Воронцов почесал затылок. — Это что, новый ему заказывать? А старый куда? Я же их не бесплатно в подвале рожаю, я их из-за бугра заказываю, — он посмотрел на меня, потом заметил Маугли. — Что-то срочное?

— Да разговор есть, по делу, — сказал я. — Вот, кстати, командир мой приехал в гости, старший лейтенант Ильдар Магодеев. Вожу по городу, знакомим со всеми, к вам вот завёл.

— Ну проходи, старлей, — афганец поднялся и протянул нам руку. — Чё, конины, может, вам налить? — он показал на бутылку коньяка.

— Я за рулём, — я показал в окно. — А вот Ильдар наверняка не откажется.

— Особо не буду, у нас встреча вечером, — сказал Маугли. — Просто вот город с друзьями смотрю. Давно не виделись с ними, с самого вывода. Хотя вроде и недавно это было.

— А ты сам, всё-то в армии?

— Остался там, — он пожал плечами. — Я же из «пиджаков», из гражданского вуза, а идти-то особо больше некуда. По специальности был инженер-геолог, а работы для них нет — всё же поразорялось.

— Так ты тоже в Чечне был? — спросил высокий.

— Ну, побывал и там, — неопределённо сказал Маугли, присматриваясь к афганцам.

— Товарищ старший лейтенант у нас сначала взводным был, потом ротным, — я показал на офицера. — Прежний тогда погиб, а офицеров некомплект был.

— Вот и дали сразу роту, — Маугли кивнул.

— Ну, выпьем ещё за это. Правда, вместо французского трёхзвёздочного коньяка — дагестанский полуподвальный, — высокий заржал, — но мы не жалуемся.

— Потому что жрёшь его, как водку, Степаныч, — пробурчал Воронцов. — Тебе и разницы нет. И что за дела?

— Да хорош, Антоха, угости бойцов, да потом о делах говори, — Степаныч, тот самый высокий, разлил коньяк по маленьким рюмкам. — За знакомство же!

— И что с компом? — спросил я, когда все расселились и выпили.

— Да взял его у меня один коммерсант, который элеватор выкупил, — Воронцов крякнул и заел коньяк солёным огурчиком. — Всё как положено: привезли ему новый из-за бугра. Он приехал, довольный, включили проверить между делом — он не включается. А он бабки заплатил ещё тогда, придётся возвращать. А чем я ему верну, если я уже за этот компьютер всё внёс? Вот и пытаемся разобраться. Поставщик-то надёжный, никогда не подводил, а тут — засада.