Он не безнадёжный. Ещё сделаем из него крутого ответственного парня.

— Злой ты, Халява, — заметил Царевич, поправляя колючий красный клетчатый шарф.

— А чё, проблемы? — Слава направился к нему.

— А чё, устроить? — Руслан не уступил. — Проспись уже. Задолбал.

— Не, парни, давайте без этого, — сказал я, вставая между ними. — Сами вот убедились, что кто-кто, а Халява никогда не убежит и не бросит.

— В натуре, — закивал Шустрый.

— Но вот за собой, Славка, пора уже следить начинать.

— Знаешь, что, Старый? — Халява повернулся ко мне с угрожающим видом.

И стало тихо. Только басы слышались из зала. Охрана с тревогой следила за нами, только бабушка-гардеробщица спокойно себе листала книжку. Привыкла и не к такому.

— Вот когда тебя тащил, — он наклонился ближе, дыхнув перегаром, — так и мечтал, чтобы ты сдох, кровью истёк, а я бы спокойно к своим ушёл. Понял?

Теперь стало ещё тише. Халява пошатнулся и потёр лоб, потом посмотрел на меня так, будто только что увидел. Или дошло, что сказал.

— Но не ушёл, — невозмутимо сказал я, спокойно, но твёрдо, глядя ему в глаза, и он их отвёл. — Из всех наших только ты был рядом, и только ты не убежал, а меня забрал. Потому что характер у тебя сложный, за речь не следишь, но поступки у тебя бывают правильные. Все остальные, с третьей роты, свалили, а ты остался, не бросил. Но лишнего много говорить ты стал, конечно, — я поправил ему перегнутый воротник. — Завязывай с этим.

— Не хотел я так говорить, — проговорил он и опустил виноватый взгляд.

— Знаю. Обижаться, что ли? — я усмехнулся. — Ëперный театр, ну ты чё, Славик? Пьёшь ты много, короче. Завязывай со своим бухлом.

— Надо, — промычал Халява. — Ты прав.

— Весело тебе так сидеть каждый вечер? Да вижу, что нет. Ты с той компашкой даже общий язык найти не можешь, я же вижу, как они от тебя шарахаются. А сидят они рядом, эти твои приятели, чтобы бухать на халяву.

Царевич, слушающий нас разговор, кивнул с серьёзным видом.

— Надо тебе такое? — продолжал я. — Зато когда на Шустрого напали, ты даже не думал, а кинулся на помощь. Вот и надо так нам дальше держаться, как уже было. Дело у нас будет, хорошее, и тебе место найдётся. А то что-то разошлись мы все по своим углам, парни, — я застегнул куртку.

— Не хотел я так говорить, Старый, — упрямо повторил Халява, смотря вниз, и вытер нос. — Даже в мыслях такого не было, слышишь, брат? Никогда бы так не сделал, отвечаю. Просто ляпнул…

— Слышу, — я положил ему руку на плечо, потом посмотрел на выход. — Вот толпой один раз отбились, давайте ещё разок. А потом всё обсудим. Лады?