Халява очухался и был в состоянии сам доехать до дома. Занятий у него особых нет, можно привлекать для каких-то дел, и он всегда на колёсах, сможет увезти.

Батя-то так у него вообще с охраной ездил, деньги водились, и у Халявы тоже. Думаю, пока он будет с нами, то не будет столько тусить в клубах, как раньше, но за ним надо присматривать, чтобы не отбивался и не ушёл в загул. На текущий момент вообще непонятно, почему он тогда пропал в первую жизнь, но это может быть связано с его характером.

Шустрый отправился домой, в целом, он тоже особо не занят, будет помогать. Пока же он походит по городу. Он общительный, может выяснить чего полезного по нашим темам, о чём я его просил.

Ну и в чём угроза со стороны следака, Шустрый стал понимать отлично, и на уловки не клюнет. Неизвестно, в той жизни следователь расколол его сразу или потом, но сейчас Борька во всеоружии.

Царевич работает в депо, и сегодня у него ночная смена, так что во второй половине дня он уедет домой отсыпаться. Пока же он предложил меня подвезти до общаги. Его «Ниву» за ночь никто не тронул, на ней мы и поехали.

Ехали, я слушал новости по радио, вспоминая, что творится в мире. А чего только не творилось: теракт в Каспийске, ещё взрыв на Котляковском кладбище в Москве, который мы вспоминали утром, выборы губернаторов, авиакатастрофы. Даже марсоход «Марс-96» и тот разбился после запуска. Те ещё времена.

В городе Царевич притормозил, заметив одиноко стоящего у автобусной остановки пацана.

— Тима, чё опять без шапки? — Царевич высунулся в окно.

— Да вот, в кармане! — высокий тёмно-рыжий парнишка в чёрном синтепоновом пуховике достал серую вязаную шапку и торопливо напялил, заломив себе уши. Под правым глазом у него видно сизое пятно синяка. — Вот, всё!

— Поехали! — Руслан помахал ему и показал на заднее сиденье. — Довезу.

— Не, я папу жду, заберёт, сказал. Руся, а ты к нам поедешь?

— Не. А чё синяк опять? Подрался?

Пацан закивал с довольным видом.

— Вот весь в отца, — пробурчал Царевич. — Ладно, погнал я.

— Руся, мы с папой на охоту в субботу поедем за реку. Поедешь с нами? — парнишка с надеждой посмотрел на него. — Я его уговорю, чтобы тебя взял.

— Не, давайте без меня. Пока, Тима.

Царевич закрыл окно и поехал дальше, но через какое-то время остановился у обочины и потёр вспотевший лоб. Такое я уже видел несколько раз.

— Голова опять болит? — догадался я.

— Угу.

— А врачи что говорят?

— Да руками разводят, — пробормотал он, закрывая глаза. — Типа, всё в порядке. Чё-то психическое, психохренология какая-то, башка-то сама целая. А здесь-то в больнице сильно об этом не поговоришь, из депо сразу выпнут с такой болячкой.