В глубине двора красовался двухэтажный каменный дом с ухоженным фасадом и выкрашенным в мягкие бежевые цвета крыльцом.

Возле экипажа замер пожилой мужчина в строгой одежде, чем-то похожей на форму служащих гостиницы.

«Наверное, слуга», — подумал Гунт, о них ему рассказывал Марк.

— Прошу вас следовать за мной, — учтиво предложил слуга и направился к дому по дорожке, петлявшей между цветочных рассадников.

Он открыл дверь и пригласил гостя войти в дом.

Внутри оказался большой холл, который по местным меркам утопал в роскоши: много мебели, везде дорогие сорта дерева, (в свое время Марк и с этим вопросом помог разобраться), мягкие диваны с вычурными спинками, два роскошных кресла и низкий столик у большого камина. На полу огромный искусно сотканный ковер с витиеватым узором по центру.

Странно, край, где совсем не бывает холодов, и вдруг камин… Дань какой-то моде, или всё-таки иногда бывает так сыро и промозгло, что хочется тепла?

— Прошу за мной, на второй этаж.

Лестница была выложена из идеально отполированного камня и богато украшена резными перилами, изображавшими цветы и перевитые толстыми прутьями лианы.

Слуга замер перед массивной двухстворчатой дверью и очень осторожно постучал по ней костяшками пальцев. Затем кивнув сам себе, немного приоткрыл одну створку и запустил гостя вовнутрь.

Помещение, куда попал Гунт, являлось кабинетом и не уступало в убранстве холлу первого этажа. Взгляд сразу же зацепился за массивный деревянный стол по центру комнаты, где вместо подставки под столешницу были искусно вырезаны два сцепившихся между собою ящера.

Восхищённый Гунт на мгновение задержал взгляд.

Изумительно!

Пробежавшись глазами по кабинету, он легко узнал некоторые предметы из своего времени. Светильники, испускающие мягкий свет, освежитель воздуха и другая всякая мелочёвка, расставленная на видных местах.

Наверное, хозяин показывал этим самым свой достаток и статус.

В одном из кресел в расслабленной позе сидел седовласый старик с аккуратно подстриженной холёной бородкой, а рядом с ним, положив руку на спинку кресла, стоял улыбающийся Ситэл собственной персоной.

— Уважаемый Гунт сол Икселент, — добродушно произнес Ситэл и улыбнулся еще шире, — я правильно называю ваше полное имя? Ведь так оно было написано в поданных вами документах.

— Правильно, уважаемый Ситэл сол Ремье.

Ситэл отошел от кресла и, встав боком между стариком и Гунтом, произнес:

— Позвольте мне представить вам своего отца, главу магистрата славного города Рупет — Раэла сол Ремье.

Услышав имя и должность сидящего перед ним в кресле старика, Гунт, на миг забывшись, поклонился так, как это было принято в его времени.