Закончив с этим, я перевернул мужика на спину и чуть приподнял, облокотив спиной на остов разбитой машины.

— Вставай, — бил я его по щекам, предварительно окатив ледяным снегом. — Не время спать, у меня ещё куча вопросов.

Амбал медленно раскрыл глаза и непонимающе посмотрел на меня:

— Ты… — слабым голосом произнёс он.

Зрение ты не потерял, это хорошо, — подумал я, доставая блокнот и ручку, с которыми я никогда не расставался.

Он посмотрел на меня, словно на призрака. Его взгляд был направлен словно сквозь меня, а затем глаза бандита округлились и он выкрикнул:

— Нет! Бо…

Его голос утонул в звуке выстрела, что прорезал ночную тишину.

Повернувшись, я увидел Долгопрудного. Он с трудом держался на ногах, его лицо было всё в крови, а в трясущихся руках был пистолет.

— Он-ни… они х-хотели м-меня уб-бить? — заикаясь, спросил он не сводя взгляда с аккуратного отверстия прямо в центре лба бандита.

И тут же, не дождавшись ответа, потерял сознание и рухнул на только выпавший снег.

— Твою мать! Ну как же вы не вовремя, — выругался я, хватая телефон, чтобы позвонить Мечникову.

* * *

— Даниил, вы сейчас очень не вовр… — поднял трубку Мечников, но голос в трубке перебил его:

— На Долгопрудного напали, он выжил, но находится без сознания. Срочно нужна ваша помощь. Да и мне лекарь не помешает.

Рука Мечникова сжала телефон в руке так сильно, что пластик затрещал.

— Я не смогу прибыть сам. Немедленно высылаю свою лучшую бригаду, — сказал он.

Мечников незамедлительно набрал номер своего помощника и распорядился как можно скорее прибыть по названному Уваровым адресу.

— Твою мать, это очень плохо, — тихо выдохнул он.

— Только приехал и уже пора уезжать? — раздалась рядом усмешка. — А как же Эйфелева башня и круассаны?

— Саша, не до твоих шуток. Как ты понял, у меня мало времени, так что давай к делу. Что тебе удалось узнать? — строго посмотрел лекарь на сидящего рядом Нестерова.

Мечников злился, потому что понимал, как не вовремя уехал из страны. Но короткое сообщение от своего давнего друга заставило его бросить всё и улететь во Францию, пропустив даже ежегодный бал-маскарад.

И вот теперь он сидел напротив Александра Нестерова в обшарпанной квартирке на окраине Парижа и ждал что же такого тот смог узнать.

— Мои воспоминания. Они ложные, — невозмутимо ответил менталист.

— Как ты узнал? — нахмурился Мечников.

Ничего не говоря, Нестеров кивнул на дверь, ведущую в соседнюю комнату и они синхронно встали из-за стола.

Открыв дверь, он впустил лекаря вперёд. И как только Мечников зашёл туда, то прокомментировал: