Глава 11
Спустя два дня. Бакалейная лавка Севастьянова.
— Вы что такой недовольный? — спросил я, зайдя проведать моего любимого бакалейщика.
— Да отчего же быть довольным, когда эти негодяи ни слова хорошего про нашу красотку не написали и не сказали, — буркнул Виктор Наумович, выйдя из-за прилавка и принявшись тормошить Акали.
Он, как и многие, был возмущён тем, что ни одна газета или телепередача не упомянула про геройский поступок моей собаки. Написали об этом лишь в Невском вестнике, да и то я настоял на том, чтобы нигде не упоминались имена и кому геройская собака принадлежит.
Впрочем, несмотря на тотальное игнорирование, новость об этом разнеслась по сарафанному радио со скоростью света. Ну и конечно же, была одна газета, на содержание которой не мог повлиять ни один аристократ — Голос улиц. И вот там-то люди оторвались по полной. В свежем номере казалось бы половина статей были посвящены Акали и её поступку. Люди писали стихи, рисовали картины и всячески проявляли свою креативность в адрес поступка моей собаки. Особенно меня позабавила фотография, что сделала Алла Леонидовна, где была её звёздная кошка Муся, одетая в сшитый костюм пожарного с подписью: «Семейство кошачьих передаёт искренние благодарности всему семейству собачьих за героический поступок.»
— Ну что, собака-спасака, ты теперь у нас знаменитость? — потрепал я Акали по холке.
— Скоро ещё знаменитей станет, — с гордостью произнёс Виктор Наумович, вынося ей миску с отборными кусками мяса.
Я вопросительно посмотрел на него, требуя объяснений.
— Мы создали петицию с требованием установки памятника этой красотке, — сказал он.
— Памятника? Вы серьёзно? — ему удалось меня поразить.
— Как никогда, если эти бюрократы в правительстве откажутся, то мы сами это сделаем! — стукнул себя кулаком в грудь он.
Вот так новости. Хотя, почему бы и нет? Акали совершила подвиг и если люди хотят таким образом выразить свою благодарность, то зачем им мешать. Смотря на неё, уплетающую нежнейшую вырезку, что приготовил бакалейщик, я подумал о том, что он испытывает особые чувства именно к собакам.
— Виктор Наумович, а тут угощают только семейство собачьих или это я чем-то провинился? — рассмеялся я
Дед расхохотался, а затем сурово посмотрел на меня и ответил:
— Да.
— Что «да»? — уточнил я.
— Да, угощаю только псов и очаровательных собак-спасак и да: я, между прочим, на вас обижен, Даниил Сергеевич, — хмыкнул бакалейщик.
— Позвольте поинтересоваться почему? — я удивился такому заявлению.
— Я думал, что мы с вами друзья и что вы без ума от моих яиц, а вы…