— А что с тобой легавые делают и почему ломятся внутрь? — с прищуром посмотрел он на мою команду сопровождения. — Проблемы какие? Ты скажи, мы разберёмся.

— Есть небольшая проблемка, — тихо сказал я, подавшись вперёд. — Я со своими друзьями отдыхал в караоке и там не было песни «Народный чемпион». А парни очень хотят её попеть.

Амбал не сразу понял, но затем просиял и громко сказал, смотря на сгрудившихся за мной полицейских:

— Так вы друзья Даниила? Что же сразу не сказали? Айда все за мной.

Он услужливо открыл дверь и дружелюбно махнул, приглашая всех внутрь.

Наша делегация шла по узкому служебному коридору, петляя в лабиринте закоулков и поворотов, пока, наконец, наш проводник не остановился.

— Но прежде, чем мы пойдём на концерт, есть одно важное дело, — строго сказал он.

Повисла пауза и через долгие пять секунд он добавил:

— Нам надо выпить за знакомство.

С этими словами парень распахнул ближайшую дверь и перед нашими глазами предстала огромная гримёрка, которая служила комнатой отдыха для Чёрного Пса и всех его людей. Столы ломились от еды и напитков.

Полицейские, молча стоявшие за моей спиной разразились криками и улюлюканьем. Не дожидаясь особого приглашения, они ввалились в гримёрку, где сразу же стало тесно, как в утреннем вагоне метро. Впрочем атмосфера от этого была лишь теплее.

Знакомство затянулось. Кажется в простых пацанах Пса подвыпившие сотрудники правоохранительных органов нашли родственные души. Через десять минут возлияний, любой зашедший сюда принял бы всех за лучших друзей детства. которые не виделись десять лет и наконец воссоединились.

— Даниил, а нормальные у тебя кореша, — буквально рухнул на диван рядом со мной один из людей Пса. — Да и ты сам красавчик. Мне ребята рассказали, по какому случаю гулянка и скажу тебе честно: я аристократов на дух не переношу, но ты — исключение!

— Спасибо, брат, — я хотел хлопнуть его по плечу, но после всего выпитого, промахнулся и зарядил ему мощную оплеуху.

Прозвучал мощный шлепок и тут же повисла гнетущая тишина. Все присутствующие посмотрели на нас.

Сидящий рядом амбал долго смотрел на меня, а затем заржал:

— Бьёшь ты куда лучше чем та девчонка!

Комната буквально взорвалась оглушительным смехом.

— Чем же ты перед девушкой успел провиниться? — сквозь смех спросил я.

— Да очередная сумасшедшая фанатка. Хотела закулисы пройти. Чего только не сочиняла: то она аристократка, то знакомая Пса, то чуть ли не его начальница. Не даром говорят что все рыжие — сумасшедшие, — покрутил он пальцем у виска.

И тут все снова уставились на меня. Потому что меня поразил дикий приступ хохота. Обязательно расскажу Распутиной, что её приняли за сумасшедшую фанатку. Надо не забыть снять её лицо, когда это услышит.