Глава 1. Возвращение
Москва встречала меня привычным серым утром, когда я стояла у окна своей новой квартиры на Патриарших. За стеклом кипела жизнь, которую я научилась наблюдать со стороны, словно сцена из чужого фильма. Машины сигналили внизу, люди торопились по своим делам, а я держала в руках чашку чёрного кофе и чувствовала, как аромат обжигает ноздри, но не согревает душу. Три года прошло с тех пор, как я переступила порог особняка на Рублёвке в последний раз, но его тень всё ещё преследовала меня по пятам, словно навязчивое воспоминание, от которого невозможно избавиться.
Руслан Темиров. Даже сейчас, спустя столько времени, одно только произнесение этого имени заставляло моё сердце биться быстрее, хотя я и поклялась себе, что больше никогда не позволю этому человеку влиять на мои чувства. Он был моим мужем, моей болью и моим проклятием, и я ненавидела его с той же силой, с какой когда-то любила. Наша история началась как сказка, а закончилась как трагедия, оставив после себя лишь пепел и вопросы, на которые у меня до сих пор не было ответов.
Я поставила чашку на подоконник и провела пальцами по стеклу, оставляя на его поверхности размытый след. В отражении я видела женщину, которая за эти годы научилась стоять на своих ногах, строить карьеру и не оглядываться назад. Мои волосы, когда-то длинные и вьющиеся, теперь были коротко острижены, придавая мне деловой и уверенный вид. Глаза, которые раньше смотрели на Руслана с обожанием, теперь смотрели на мир холодно и расчётливо. И только внутри, глубоко-глубоко, где-то в самом центре моего существа, оставалась та наивная девчонка, которая верила, что любовь может победить всё.
Звонок мобильного телефона вырвал меня из размышлений. Я взглянула на экран и замерла — номер был старым, но я узнала его сразу. Это была свекровь, мать Руслана, Лариса Георгиевна, женщина, которая никогда не скрывала своего презрения ко мне. Мы не общались с ней с того самого дня, как я покинула их дом, и её внезапный звонок не предвещал ничего хорошего.
— Алия, — голос её звучал напряжённо, и это было странно, потому что всегда она казалась ледяной и невозмутимой, как статуя. — Я знаю, что мы не общались, но мне нужна твоя помощь. Дело касается Руслана.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось в тугой узел. Три года молчания, и вот теперь она звонит мне с просьбой. Что-то явно было не так.
— Лариса Георгиевна, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри меня бушевал ураган. — Что случилось? Мы не виделись три года, и вдруг ты звонишь мне и говоришь о Руслане. Я больше не имею к нему никакого отношения.