— Правда? Нет, я не слышала…
— Да, — Антонина Юрьевна интенсивно кивает и тут же поправляет аккуратный пепельный локон, выпавший на лоб из пучка. — Теперь там будут не металлы плавить, а что-то другое, но что — пока не говорят. Рабочих мест много будет! Я пойду проситься, может, в бухгалтерию возьмут.
Я подвисаю в задумчивости.
Завод действительно пустовал несколько лет, заброшенный, с проваленной крышей и поросшими кучерявым вьюнком бетонными стенами.
Новые рабочие места — это несомненный плюс, в посёлке с этим туго.
Но наплыв незнакомых людей — не очень хорошо.
— И кто же его купил?
— А вот этого я пока не знаю. Всё секретное какое-то. Но деньги туда вбухали немалые, я тебе скажу. Технику гонят, материалы везут… — Антонина смотрит на меня внимательно. — Может, и тебе там работа найдётся? А то в магазине твоем копейки платят.
Я мягко улыбаюсь.
— Мне моя работа нравится.
— Ну, смотри. Ладно, беги, опоздаешь. Пойду Никулю завтраком кормить.
— Мы позавтракали.
— Ничего, ещё разочек, — расплывается в улыбке Антонина и бросает взгляд за плечо, на рисующую за столом Нику. — Я оладьев напеку, варенье достану.
— Ладно, спасибо.
— Всегда пожалуйста.
Машу дочке рукой и ухожу.
Кто-то купил завод.
И почему-то меня не покидает странное, тревожное чувство.
Глава 4
Полина.
*
Небольшой перерыв.
Местные ходят в магазин по своему особому расписанию — предпочитают приходить тогда, когда все с работы идут, чтобы за покупками успеть обсудить последние новости и сплетни.
Закрываю кассу и иду в комнату отдыха, надеясь, что успею выпить кофе и передохнуть перед следующим наплывом покупателей. Чайник с кипятком всегда наготове, и комната отдыха стала для меня почти домашним уголком.
За столом сидит Даша из соседнего отдела с бытовой химией. Она отхлёбывает кофе и приветливо машет мне рукой.
— О, Лина, ты тоже накофеиниться решила?
— Ага… Как день?
— Лучше не спрашивай. Мои цветы жизни прилепили лизун к потолку утром, — она закатывает глаза и отставляет чашку в сторону. — Вместо того, чтобы собираться, пришлось отскребать эту дрянь от побелки. Тебя что-то совсем не видно сегодня.
— Бывает. Дела, — насыпаю в свою кружку кофе, поднимаю чайник.
Даша бросает задумчивый взгляд в окно. Языком проходится по ряду ровных зубов.
— Слушай, ты уже знаешь про этот завод, который собираются восстанавливать?
Рука с чайником зависает в воздухе.
— Ты пятая, кто сегодня мне об этом говорит. Даже дети только и делают, что завод обсуждают.
— Ну а что? Для нашей глуши это прямо событие века. Говорят, рабочие места дадут.
— Надо же. Сенсация.