А тут — на каждом шагу!
— Что они хотели? — не удержалась от любопытства Лиза.
А ее глаза все еще провожали эту странную парочку.
— Да спрашивали: «здесь ли Сумрак живет?» Денег даже дали, — рассмеялся Борис. — Придурки. Все же знают, что Сумрак на Котельнической набережной живет!
Несколько секунд Лиза смотрела на улыбающегося напарника, не понимая, шутит ли тот. Но Борис, кажется, не понимал.
— Борис, сколько энергетика ты высадил?
— Много, очень много, — уклонился от ответа парень.
— Ты серьезно? Это НАШ — Мэлс Сумрак живет на Котельнической набережной! А местный — Олег, на улице Писцовой! И мы тоже его ищем!
— Ну да, — вдруг встрепенулся парень и, будто оправдываясь, добавил. — Это от соник-перегрузок. Много расчетов. Мне нужно хотя бы пару часов поспать нормально.
— Ты так себя в могилу загонишь, — вроде бы строго, но с участием произнесла Лиза.
В этот момент скрипнула дверь подъезда. Какая-то бабушка — божий одуванчик, вооружившись тележкой, вышла в набег по магазинам. И пара попаданцев, воспользовавшись ситуацией, заскочила в подъезд.
Глава 6 «Встречаются как-то…»
― А не пойти ли нам в гости
?
― В гости?
― Да, я как-то случайно подумал: а не пойти ли нам в гости? Немного подкрепиться.
Винни-Пух
Утро добрым не бывает. Особенно — утро после встречи старых друзей.
Я проснулся ближе к обеду, когда солнце выглянуло из-за соседней многоэтажки и ворвалось в мою спальню. Но разбудило меня не оно, а мокрое пятно слюны на подушке.
Смутно помню как вернулся. Кажется, меня даже кто-то провожал, но не уверен. Так вот, ударившись об угол подушки я вырубился и, не меняя позы, без памяти проспал до утра. За это время из приоткрытого рта на подушку натекла солидная такая лужа, что, собственно, и разбудило меня влажным амбре мокрой наволочки и вчерашнего перегара.
В надежде всё-таки урвать сладкие минуты сна, я перевернул подушку на сухую и прохладную сторону. Но увы, сладкая нега утренней дремоты улетучилась, уступив место тяжкому похмелью.
Казалось бы, тридцать пять не такой большой возраст, и я полностью с этим соглашусь! Но вот тридцать пять — это именно тот возраст, когда внимательно следишь за тем сколько тебе начисляют коньяка. «Ту-ту-ту-ту-ту! Многа! — припоминая, как завтра будет тяжко, останавливаешь ты щедрую руку разливающего. — Мне больше не надо. Мне за руль завтра.».
— Алиса, поставь чайник! — оторвав голову от смятой подушки, попросил я умный дом.
— Доброе утро, Олег, — откликнулся умный, но не такой уж и самостоятельный дом. — Увы, я не могу поставить чайник. Необходимо долить воду.