— Да вот как-то так… — растерянно пожал я плечами.

— Подготовить капсулу восстановления? — участливо предложила она, будто уговаривала внука попариться в бане.

Не зная что ответить, я с мольбой посмотрел на комсомольцев. Почти синхронно оба кивнули, и, чувствуя нехилый такой мандраж в коленях, я согласился!

— И двенадцатичасовой карантин! — громче, чем это было необходимо, воскликнула Лиза, будто боялась, что её не услышат. — Группа довольно долгое время была в контакте с аборигенами. Возможен риск заражения эндемическими вирусами и заболеваниями.

Я было округлил глаза, но Борис покачал головой, давая понять, что так надо. А после и пояснил:

— Нам нужно хотя бы несколько дней, чтобы подготовить тебя…

— К чему подготовить? — совсем как бабушка, с нотками заботы и одновременно намеком на телесные воспитания потребовала ответа нейросеть.

— К речи перед первыми кадетами академии Часовых! — извернулась Лиза.

Я кивнул. Видимо, для сердобольной нейробабушки этого оказалось достаточно.

Марк Твен говорил: «Требуется более трёх недель, чтобы подготовить хорошую речь экспромтом». Что ж, мне придется уложиться за три дня.

— Напоминаю, что 1 марта вы приглашены на закрытый отчет перед ЦК партии.

А вот тут мне стало стрёмно. Накатило нехорошее предчувствие.

И подленькая мысль: «А оно мне надо? Может, лучше обналичить билет домой и оставить проблемы своего покойного дубликата? В конце концов, он ведь уже погиб! Соответственно, и спрашивать уже не с кого!».

— А где будет происходить встреча? — озвучил я вопрос, на который подсознательно уже знал ответ.

— Москва, Красная площадь, дом 1, — подтвердила мои мысли Клавдия Леонтьевна.

Судя по реакции ребят, подобного поворота не ожидали даже они.

— Мэлс, — будто вот этого было мало, Клавдия Леонтьевна продолжала «накидывать» новые вводные. — Шесть часов назад заходил Йотун. Искал тебя по личному вопросу.

— Что-то ещё? — с тоном «Ну давай, вываливай на меня всё полностью!» уточнил я.

— Почтовая корреспонденция, — послушно озвучила нейросеть. — Вы давно не разбирали корреспонденцию. В данный момент её накопилось: 9884 бумажных письма и 21711 электронных послания. Также, согласно невербальным соцопросам и анализу социальных карт интереса советских граждан, настоятельно рекомендуется публично озвучить свою позицию по поводу притязаний на самоотделение Марса от Советского Союза Земли.

И вот тут моё терпение, что называется, сказало: «Всё!»!

— Воу, воу, воу! — движением руки остановил я нейросеть и посмотрел в глаза комсомольцев. — Вы же сказали, что я пойду в прекрасный Советский Союз будущего! А это что⁈ Что⁈ Я вас спрашиваю! Высказаться по поводу отделения Марса от Советского Союза⁈ Серьёзно? Нет, ребят! Отдайте шляпу и пальто, видал я ваши имени…